Аспийская Империя. Вильгельминская эпоха.

Здесь Вы можете прочесть и обсудить чужие истории о ВР или выложить свою.

Модераторы: Имперский командор, Rayan, KaiseR

Автор
Сообщение
KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Аспийская Империя. Вильгельминская эпоха.

#1 Сообщение KaiseR » Сб фев 05, 2011 6:09 pm

Предисловие.


Это произведение, сходное с "Последним поклоном", который поведал нам о конце Эпохи Франца I, было создано ещё в прошлом году, достаточно быстро и сейчас начинает публиковаться у нас на форуме после редакции и дополнений, переносимое из исписанных тетрадок и журналов. "Вильгельминская эпоха" представляет из себя художественную адаптацию хронологии событий в Аспийской Империи с 1830-х годов до конца правления Вильгельма IV. Личности и события, конфликты и союзы, громкие парады в столице и кровавые восстания в провинциях- всё это в значимый для Империи век, девятнадцатый. :) Надеюсь, что оно порадует моих читателей. :)

Надо отметить- иллюстраций будет очень мало.( Думаю, уже нет смысла говорить об этом- вообще мода на иллюстрированные полу рассказы полу комиксы ушла- но я постараюсь сопровождать текст собственными иллюстрациями, без использования ЛЕГО. :)

Последний раз редактировалось KaiseR Вс май 08, 2011 7:33 pm, всего редактировалось 8 раз.

SiR
Аватара пользователя
Сообщения: 4537
Награды: 1

Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#2 Сообщение SiR » Сб фев 05, 2011 6:25 pm

Оченьзанятненько) ждемс.
вообще мода на иллюстрированные полу рассказы полу комиксы ушла- но я постараюсь сопровождать текст собственными иллюстрациями, без использования ЛЕГО
Не то что бы ушла. Просто историй то особо кроме принца и не пишет. А вот вы то как раз пишете, но без иллюстраций. Так что это скорее вы не вставляете картинки.

Жаль что лего небудет. Все же хоть самоделок по Аспии нет, в рассказы вставлять что ли :roll:
Изображение

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#3 Сообщение KaiseR » Сб фев 05, 2011 6:32 pm

SiR писал(а):Не то что бы ушла. Просто историй то особо кроме принца и не пишет. А вот вы то как раз пишете, но без иллюстраций. Так что это скорее вы не вставляете картинки.
Тогда можно сказать, что прошла мода на истории.) Да и самым активным, пожалуй, будет у нас Зелёный Зактан. :)
SiR писал(а):Жаль что лего небудет. Все же хоть самоделок по Аспии нет, в рассказы вставлять что ли
Самоделки по Аспии есть- это её армия, которую я скоро обновлю. :D


Глава I. "Кровь в Приимцах".

Изображение



- Сир,- престарелый лакей, седой, сморщенный мужчина в сюртуке, с крашеными усами, искал куда выставить поднос на заваленный бумагами стол,- сир, прошу Вас, не мучайте себя голодом.
Император, лишь на секунду поднявший свой острый взгляд на вошедшего лакея, вновь впился им в бумаги. Он сидел в своём резном кресле, конечно, уже не том, которое в своё время занимал Франц I, но не менее пышном и удобном. Поседевшие виски ещё довольно молодого монарха придавали ему ещё более величественный и серьёзный вид.
- Прошу тебя, Фриц, не испытывай моего терпения.- лениво произнёс Вильгельм IV, не поднимая взгляда.
Его расстёгнутый мундир свидетельствовал об окончившемся дне- обычно, педантичный и строгий монарх всегда был идеально опрятен, но как только вездесущие министры и сановники покидали посеревший дворец Адлербургов, а залы пустели, высокий воротник расстёгивался, словно демонстрируя расслабление уставшего от всей придворной волокиты Государя.
- Я выпью чаю.- вдруг произнёс он,- Какие новости?
Заметно просветлев и улыбнувшись, старый лакей принялся наливать чай, попутно пересказывая последние новинки.
- Ваше Величество, новостей за сегодняшний день много. Но наиболее серьёзными я почитаю за важность доложить в первую очередь. Во-первых, серьёзно болен Ваш друг и родственник- император Коферда. А во-вторых, в Лирендэлле серьёзные проблемы с телеграфом и строительством трактов.
- Альберт болен? Как давно?- встрепенулся Император.
- Ваше Величество, это продолжается уже довольно долго! Неужели вы не осведомлены?
- Да, ты прав.- развернув своё кресло, Вильгельм уставился через громадные окна дворца на площадь, засыпанную снегом.- Я, видимо, прослушал все новости. Интересно…
- Сир, вы, должно быть, не забыли о приезде принца Георга?- с отцовской улыбкой спросил лакей, всегда любезный и нежный к своему Государю. Он знал его с детства- будучи ещё довольно молодым, Фридрих Грушицки был лакеем Франца II, а позже и его сына.
- Я забыл,- с усталой ухмылкой произнёс монарх.- Конечно, он должен быть… встречен. Ладно, прошу тебя, оставь. Иди и отдохни.
Император достал из стола коробку сигар, одну из которых удалецки выудил и вручил слуге. Благодарный лакей, держа сигару, словно церковную свечу во время службы, удалился.

Поднявшись с кресла, Вильгельм огляделся. Нежно-бежевые стены старинного кабинета, созданного вместе с дворцом в 1710-е годы, были завешаны картинами и украшениями. С большого портрета на него взирал его прадед, великий Франц I.
За окном светилась огнями фонарей площадь. Снег опускался на неё, словно сыплющийся с неба сахар. Редкие прохожие плыли по затемнённой ночью площади, выныривая из тьмы в местах, где располагались высокие фонарные столбы.


- Проклятые, подколодные гадюки!!! Мерзкие убийцы!!!
Голос рослого мужика, размахивающего ружьём, словно волнами охватывал стоящие перед ним в некотором отдалении войска. Сотня солдат в чёрных шинелях и киверах стояли перед толпой рядами, бесстрашно держа ружья на изготовке. Ветер продувал улицу, издавая жуткий вой, пробирающий до костей.
- Люди! Они обманывают нас! Мерзкие сволочи, наша свобода украдена ими! Поглядите, поглядите на них- это не люди, это звери и убийцы!

Из строя солдат вышел офицер, на шляпе которого трепыхался белый плюмаж. Натягивая на руку перчатку, он окрикнул мужика-оратора.
- Сенчин, закончи это. Я знаю, ты не хочешь бессмысленного кровопролития. И ты знаешь, что это ни к чему не приведёт! Твои люди не хотят умирать!

Толпа крестьян и горожан, стоящая посреди улицы, начала ежиться и шуметь.
Возгласы недоумения огласили её, испуг и трусость побеждали неистовый нрав бунтовщиков.
- Мои люди не боятся смерти! Это так?
Толпа без охоты взвыла, крича «Да!!!», при этом из неё выделились некоторые субъекты, предпочитая удрать. Раздались выстрелы- несколько беженцев с «поля боя» получили порции свинца в спины, повалившись позади толпы.
- Сенчин, сейчас сюда прибудут драгуны! Всё кончено!- офицер, посмотрев на свои золотые часы, вновь грозно взглянул на своего ярого собеседника.

- В бой, товарищи! Бей собак! Бей!!!- встретив взгляд оппонента заорал мужик. Толпа раздалась истошным криком, выражающим возмущение и злобу. Через минуты этого воя, она, наконец, начала своё движение прямо на ряды солдат.
- Капитан, они..!- указал пальцем молодой лейтенант, подбежав к своему офицеру.
- Вы слишком паникуете, Шмидт. Солдаты! По моей команде- огонь!
Толпа, завидев смотрящие прямо на неё чёрные дула ружей, начала медленно растекаться- кто-то сворачивал в улочки, убегая как можно дальше, в надежде на то что никто его потом не опознает, другие бросились назад и скрывались в рядах, дабы не встречать первыми пули солдат.
Наконец, зычная команда раздалась. Пули со свистом влетели в ряды вооружённых горожан и свалили их, словно оловянных солдатиков. Вторая волна немного помедлила, оглядывая безумными глазами трупы и раненных, но вскоре с новой яростью бросилась вперёд.
Те, кто успел вооружиться огнестрельным оружием, укрепились уже у фонарей и лавок, начиная вести оттуда ответную стрельбу. Солдаты продолжали стоять ровными рядами, встречая пули и приближающуюся волну бунтующих без страха и эмоций.
Новый рой свинцовых «пчёл» опрокинул строй восставших. Упал и Андреаш Сенчин- здоровенный великан, приняв в грудь сразу несколько пуль, повалился на спину прямо под ноги бегущей толпы.
Гауптман смотрел на картину гибели хладнокровно. Он не раз видел, как гибли люди- и не только враг, но и его собственные солдаты. Так же хладнокровно встретил он и нахлынувшую волну восстания.
Наконец, горящие от ярости горожане добрались, заметно поредев, до позиций государственных войск. Столкнулись в схватке вилы, палки, штыки и сабли, кинжалы, загромыхали пистолеты, горячая кровь залила замерзшую брусчатку.
Загудел рожок- трубач, опираясь на плечи какого-то раненного повстанца, поднялся над бушующим сражением.
Послышались вдали барабаны- бьющиеся насмерть стороны на мгновение обратили своё внимание на приближающиеся ряды солдат.
- Отступаем!!!- закричал мужчина, некогда одетый в богатый сюртук и шляпу- теперь его одежда была порвана и запачкана кровью.
С криком восставшие начали отступление прямо по прямой улицы.
Марширующих солдат сопровождали драгуны. Когда новый гудок рожка призвал их к действию, кавалеристы бросились в бешенную погоню за бегущими- засверкали в морозном туманном воздухе сабли, которые, выводя дуги, рассекали бегущих на части.
Через час, проходя по улице, буквально затопленной кровью и застланной трупами, двое офицеров, прикрывая рты платками, о чём-то беседовали. Ещё через несколько часов по улице уже сновали прохожие, и лишь кровь на снегу возвещала о недавнем кровопролитии.

Кёнигштадт просыпался. У дворца произошла смена караула, которая как всегда собрала кучу зевак, желающих посмотреть на Императора, который во время этой церемонии должен выйти на балкон.
Вильгельм появился, но так же быстро и незаметно пропал, узнав новости о восстании в Приимцах.
- Что, как это могло произойти???- кричал он, мотаясь из стороны в сторону, разглядывая своего нового гостя- генерала фон Вернера. Это был человек высокий и статный, лет 50, с аккуратными усами, подобными усам самого Императора, и стеклянным взглядом равнодушных, спокойных глаз.
- Ваше Величество, боюсь, славийцы не успокоятся. Пока мы не дадим им некой автономии.
- Что?- монарх, стоявший уже у резной тумбы, резко отпрянул от неё,- Вы, видимо, не представляете себе этой картины. А я представляю, генерал, представляю. В этой Империи живёт более десятка народов, и каждый из них имеет ряд требований, настолько широкий, что его невозможно осилить даже за век! И все требования не стыкуются между собой! Из этого- национализм, сепаратизм и революции! Эпоха идеологии по Жульнье ушла- а национализм есть самое губительное для Империи, поверьте. Она должна сплачивать народы, а не рознить их- но в итоге каждый из них думает, что именно его обделяют!
- Сир, конституция…
- Конституция?- перебив собеседника, иронично воскликнул монарх.- Что Конституция? У нас есть Конституция. Она была подписана мной! Я создавал её!
- Сир, возможно, бунтующие думают, что она неэффективна или нецелесообразна.- генерал отвечал бесстрашно, что всегда нравилось его Государю. Вильгельм ненавидел лицемерие, хотя сам часто прибегал к его помощи.
- Так в чём же должен быть смысл конституции? В упразднении Аспии? В упразднении… монархии? Может, в создании национальных государств? Но разве национализм не осуждался некогда? Так что же такое Конституция? Орудие уничтожения государственности? Орудие национализма?
- Я не знаю, сир. Простите меня. Видимо, мы попали в слишком сложное положение.
- Я не собираюсь сидеть сложа руки. Если ситуация того требует, я готов применить жестокость. Восстание должно быть подавлено. К несчастью, это единственный способ на данный момент сдерживать беспорядки. Если это возможно, нужно обойтись с самыми минимальными жертвами.

Войска были выстроены на плацу, играл марш.
Двое благородных всадников, в сопровождении свиты, проезжали мимо войск, встречаемые салютами и восторженными криками.
Первый из всадников был, конечно, самый узнаваемый человек в стране и, пожалуй, в мире- Император Аспии Вильгельм IV. Его спутник, так же как и он одетый в тёплую шинель и шляпу с пышным красным плюмажем, являлся молодым, высоким и крепким на вид молодцом лет 25. Этот важный гость- принц союзной державы, Коферда, встречался с не меньшим восторгом, чем его родственник-аспиец.
- Посмотрите, Георг!- Произнёс Император, любезно улыбаясь своему спутнику,- Они приветствуют вас! Поверьте, любовь армии многого стоит.
Молодой принц несколько раз кивнул, то ли соглашаясь с монархом, то ли просто таким образом приветствуя войска в ответ.
- Вы чем-то обеспокоены, друг мой?- прищурившись, спросил Император.
- Нет, я совершенно счастлив присутствовать здесь. Я полагаю, вы заинтересованы жизнью Марии?
- Да. Я надеюсь, она прижилась в Лангерре. Её дети будут достойным продолжением династии Авершеров. Но я слышал, что ваш отец болен, не так ли?
Георг не ответил, лишь мрачновато потупив взгляд.
- Может, вы поведаете мне о господине Гирхольме? Я слышал, он многого добился в правительстве! Я помню его ещё совсем молодым студентом, когда то я даже был с ним лично знаком. Но этот скандал, с семьёй Алленмарков…
Видимо, принца это заинтересовало.
- Скандал?
- Да.- заметив любопытство собеседника, Вильгельм сделал паузу. В глазах принца горели необычным пламенем серьёзность и внимание.
- Некоторое время назад, до отъезда его в Коферд, Гирхольм был лишён в нашей стране дворянского звания. Дело в том, что он был тогда, как известно, очень близок с дочерью графа фон Алленмарка. Однако, в итоге всё закончилось довольно печально- тогда многие ожидали брака, так как визиты этого повесы были частыми и продолжительными, но в конце-концов выяснилось, что молодая графиня была лишь жестоко обманута и оскорблена. Мой отец, будучи человеком с железным нравом и чёткими моральными принципами, лишил его дворянства и приговорил к гражданской казни. Когда шпага была сломана о голову Гирхольма, он перестал существовать для нашего общества и вскоре эмигрировал.
Принц задумался.
- Этот человек- колдун. Не в прямом смысле, конечно. Но его власть колоссальна.
- Давайте забудем об этом. Поглядите на егерей! Какой строй, какая выправка!
Егеря, широкоплечие молодцы с разрумянившимися лицами приветствовали августейших особ, как только могут верные солдаты. Однако, видимо, принц всё дальнейшее время думал только о поведанной Императором истории…




П.С.
На иллюстрации- парад, из фрагмента с беседой Вильгельма и приехавшего Георга Кофердского. Изображены Кёнигштадт, Дворцовая площадь и сам дворец, а так же войска. Думаю, можно разглядеть войска на построении, а так же наших всадников и кирасир сопровождения. :lol:

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6077
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#4 Сообщение Зеленый Зактан » Вс фев 06, 2011 1:51 pm

Интересно!
Реклама: подробнее тема Георга и Гирхольма будет раскрыта в ВА-10.

Только, КайзеР, славийцы у вас какие-то славяне... Имена, названия... А при чём тут лейтенант Шмидт? Он перейдёт на сторону восставших?
Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#5 Сообщение KaiseR » Пн фев 07, 2011 6:01 pm

Фух, постепенно переношу главы из тетради на компьютер. :)


Глава II. Тени смуты.

Изображение


Обычно, Августейшая Семья отдыхала в Мэрибурге. Даже спустя век после создания тут полноценного дворцового комплекса, он не растерял своего обаяния и пленяющего уюта- в зиму он засыпался снегом, и обыкновенно дворникам приходилось тратить на очистку площадок и подъездов многие часы.
Озерцо, в котором когда-то на заре этого чудесного места купалась Императрица Мария Эддэрнэлльская, было покрыто льдом, и на нём резвились катающиеся на коньках дети местных сановников или служащих дворца.
Елизавета, одетая в тёплую шубку с муфтой из чистого меха, неторопливо прогуливалась по парку. Её супруг, вечно пребывающий в столице, кажется, уже совсем перестал быть близким для неё человеком. Он превратился в одну из тех придворных теней, которые снуют по дворцу, не замечая друг друга и передвигаясь только по хорошо знакомому, неизменному маршруту, и только здесь, когда он за редкостью объявлялся, Вильгельм вновь становился человеком.

Вдруг медленное движение, настолько невесомое, что, казалось, женщина просто плыла в морозном воздухе парка, было прервано- услышав позади милый сердцу зов, Елизавета обернулась.
По снежной дорожке за ней бежал юноша. Францу уже исполнилось 16, и он выглядел очень мужественно и взросло. Как и все члены династии мужеского пола, он проходил обучение в кавалерийской военной академии, и каникулы, включавшие всего месяц отдыха от постоянных занятий, приходились именно на декабрь до самого Нового Года и Дня Святого Вильгельма.
- Мама!- парень в расстёгнутом кителе вскоре оказался рядом с матерью.
- Франц, я не понимаю, почему ты и твой отец всегда норовите подставлять себя под угрозу простуды! Неужели ты не помнишь, отчего умерла твоя тётя?- Императрица усердно застегнула воротник кителя сына и заставила одеть фуражку.
- Мама, поспеши- похоже, тебя ждёт гостья! Она… она остановилась у ворот.
Заметавшись, она бросилась по аллее к решётке ворот дворцового комплекса. Юноша так же последовал за матерью и вскоре нагнал её почти уже у самых ворот.
Кофердскую карету нельзя было не узнать. Солнечные колёса из золота и львы из меди украшали дверцы и кабинку, а кучер, закутанный в шубу, имел(одетый на перевязанную шарфом голову) какой-то диковинный шлем из кожи с государственной эмблемой и пером.
Не заставив себя ждать, из салона показалась красивая, молодая женщина. Её личико, сразу покрывшееся румянцем, засияло при виде приближающейся Елизаветы.
- Эльза! Как же я рада встречи с тобой!- воскликнула гостья, выбравшись из кареты.
Франц наблюдал сцену встречи со свойственным ему молчанием и в то же время благородной выправкой. Когда гостья обратилась к нему, он снял свой головной убор и по-военному поклонился.
- Франц очень вырос и возмужал.- заметила, по дороге во дворец, гостья.
- Да, Мари, всё изменилось.- как-то печально заметила Императрица.- Как поживает Отто?
- Отто? Ох, думаю, я теперь разделяю полностью твои чувства. Он постоянно пропадает на своих парадах и во дворце. В нём столько деловитости, сколько, пожалуй, нету в его отце.
Вскоре в уютном дворце Мэрибурга был затоплен камин и поданы ужин с кофе.
Франц находился в детской, где нянчился с маленьким Иоганном, вторым сыном Вильгельма IV, родившемся в 1835 году.
- Его Величество сейчас больны.- входе разговора произнесла супруга кронпринца Коферда,- Мы очень боимся за него.
-Я понимаю тебя, Мари. Вилли тоже беспокоится за тебя. Кстати, Георг сейчас в Кёнигштадте. Ты знаешь?
- Нет. Я не хочу с ним встречаться.- угрюмо произнесла Мария.
- Почему?- удивлённо взглянула Императрица на свою гостью,- Неужели ты в ссоре с ним?
- Нет.
- Тогда в чём же дело?
- Я не люблю подобных вещей, Лиза. Ты знаешь мой нрав, мой характер. Но между ними явный конфликт! Георг постоянно ставит в вину ему этого депутата. Отто очень доверяет своему новому сподвижнику, но я боюсь, что это приводит их к новым ссорам. Георг… Он очень хороший человек. У него прекрасная семья. Но ты же знаешь, я могу быть лояльна только к одному человеку.
Задумчиво поглядев в окно, Императрица вдруг сменила тему.
- Мари, но как же твой приезд?
- Я приехала инкогнито. Пускай все думают, что я лишь графиня Гогенгерт.
Императрица улыбнулась, услышав собственную фамилию. Но неожиданный стук шагов на деревянной винтовой лестнице, которая вела в Ореховую Гостиную, где Елизавета обычно принимала гостей, заставил её отвлечься от мыслей.

В комнату вошёл высокий мужчина в чёрном мундире и с аккуратно стриженными усами. За ним стоял его спутник- чуть ниже ростом, но видом и осанкой не менее благородный и царственный, чем первый гость.

Взгляд Мари просиял от удивления.

- Дорогой, ты не поверишь, кто заглянул к нам! Правда, я не ожидала скорого твоего приезда.- Императрица покинула своё кресло и обняла супруга, нежно поцеловав в холодную щёку.
- Милая, я хотел сделать тебе сюрприз. Мы с Георгом проскакали несколько километров, безо всякой стражи и карет!.. Мари!- заметив сестру, Император ринулся в комнату,- Неужели это ты!
- Вильгельм,- женщина поднялась, взявшись с братом и большим другом детства за руки,- я здесь ненадолго. Хотела лишь повидать тебя и Елизавету. Но, вижу, это не единственные встречи на сегодня, не так ли?- она устремила свой взгляд на Георга.
- Я останусь здесь на некоторое время, Мария. Пожалуй, ещё на неделю. Как только ты доберёшься до Лангерры, сообщи об этом.- без особой любезности заявил принц.
Вскоре собравшиеся вновь встретились за столом. Вильгельм в основном говорил только о политике, при этом ни разу не упомянув восстания в Славии. Георг слушал его рассказ с вниманием, кажется, что-то подчёркивая в памяти. Вскоре взорам гостей представился и самый младший в семье монарха- Иоганн вышел в комнату в сопровождении Франца, будучи одетым в весьма комичный длиннополый мундирчик с дополнительным кармашком на груди, на котором был вышит заботливыми руками матери герб Аспии- в этом кармашке, как видно, принц Аспии содержал различную мелочь вроде леденцов или мелких монет, не ведая ценности которых, им коллекционировавшихся.
Вскоре Император покинул гостей, отправившись в свой кабинет, где планировал с помощью телеграфа связаться с со столицей.

Георг, Мари и Елизавета покинули дворец, прогуливаясь по парку. Отсюда, напротив дворца, было хорошо видно как семафор телеграфа, с подвешенными к нему фонарями для ночной работы, крутится на «Телеграфной башенке».



Цепочка телеграфных вышек, одна из тех, которая соединяла все города Империи в единую паутину связи, вскоре донесла шифрованное сообщение до столицы. В Центральном Телеграфном Отделении- громадном здании с телеграфом на вышке, что располагается на площади Карла I в Кёнигштадте, уже началась его расшифровка.
Вскоре его получил личный адъютант монарха, фон Алленмарк, молодой ещё отпрыск знатного рода. Получив распоряжение своего господина о передаче всех сообщений в Мэрибург и продолжительном отсутствии монарха в столице, он с довольным видом отправился в Сейм, где, встретившись с эрцканцлером, передал тому это распоряжение. Кёнигштадт формально потерял титул государственного центра- тот перекочевал в крохотный Мэрибург, или «Царскую Деревню», как его называли гордые патриоты столицы.


В офицерской компании всегда происходило нечто интересное- либо вездесущие карточные игры, либо нечто серьёзнее. Вот и сейчас в Постовице группа молодых офицеров-гусар решили попробовать на прочность и вкус свои нервы.
На столе лежала гусарская шапка, в которую были положены клочки бумаги с именами- чьё имя доставалось судьёй, тот выполнял определённое пожелание других. Наконец, одному из гусар выпало стрелять из пистолета себе в висок.
- Господа, в самом деле- ну что же, ничем иным мы заняться не можем?- с нежеланием спросил «самоубийца».
- Крауманн, не теряйте стыда! Обещание есть обещание- а желание есть желание. Вот вам пистолет.- другой гусар положил на стол своё оружие, с иронией посмотрев в глаза проигравшему.
Страх начал обвивать своими змеиными кольцами смелого в боях гусара. Взгляды сослуживцев начинали давить на него. Гусар подставил дуло пистолета к виску, рука заметно тряслась.
- Ну стреляйте, Крауманн! Если Господь сегодня на вашей стороне, будет осечка, мы славно выпьем и, возможно, вас убьёт вражья пуля в каком-нибудь сражении.- с насмешкой произнёс сосед по столу, предусмотрительно отодвинувшись. Все смотрели с волнением и нетерпением.
Наконец, глубоко вдохнув, гусар нажал на курок…
Щёлкнул замочек. Сидящие за столом переглянулись, и лишь тот, кто выдал пистолет, внезапно расхохотался.
- Он… он н-не заряжен???- спросил Крауманн.
- А вы? Господа, вы все видели лицо этого человека? Крауман, да вы смельчак!- гусар залился ещё более задорным смехом, чем вскоре заразил и остальных.
Крауманн встал. Обиженно взглянув на остальных, гусар резко покинул помещение.

Оказавшись на улице, он накинул на себя ментик. Ночное небо было скрыто за серыми облаками.
Длинный проспект был полностью пуст, и только какая-то дрянная собачонка рылась в помоях на другой стороне, в переулке.
Закурив трубку, гусар прислонился к колонне, которые поддерживали балкон роскошного дома, где расположили офицеров 7-го гусарского полка. Он вспоминал дом, свою молодую невесту, которая ждёт его там. Однако, приятные сердцу думы были прерваны- неожиданно и болезненно. Какое-то движение, шум, рокот голосов вдали, кажется, в конце улицы. Скоро он уже сумел разглядеть свет факелов и ламп, а в их свете- человеческие силуэты, лица- лица лишённые всего человеческого. Полные ярости и злобы.
Гусар, было, хотел ринутся в дом, но вспомнив о своей компании, подумал что это лишь продемонстрирует его трусость перед неизвестными обстоятельствами. Паникёром в обществе гусар-сорвиголов быть отнюдь не хочется.
Вскоре толпу людей было сложно не заметить. Как видно, они были вооружены до зубов- причём, чем попало, от вил и до настоящий сабель.
Завидев одинокого гусара, толпа остановилась. Из неё вскоре вынырнул какой-то сморщенный уродливый коротышка, от которого всего-навсего требовалось одно слово.
- Бей!!!!- заорал он, выкинув вперёд руку с дубинкой в крохотном, костлявом кулачке.
С диким криком люди ринулись навстречу гусару.
Крауманн, обнажив саблю, встретил свою гибель- нанеся несколько ударов по враждебной толпе и сразив наповал троих разъярённых громил. Высунувшиеся из толпы вилы пронзили его насквозь, после чего на голову обрушились удары дубинок и палок.
Вскоре, голова храброго гусара была отсечена от тела ударом сабли и брошена в толпу, которая со зверским хохотом начала подкидывать её, разбивая о камни.
Услышав шум на улице, ротмистр выбежал на балкон- его взору предстала сотня вооружённых людей, беснующихся и рвущихся к зданию. По его приказу дверь на первом этаже была закрыта на замок.
- Господа, боюсь, что это восстание. Необходимо сообщить в командование.
- Ваше благородие, а что же мы?- спросил, испуганно глядя на дверь, один из кавалеристов.
- Видимо, нам придётся принять бой. Господа, прошу быть всех готовыми.

Через несколько минут двери поддались напору толпы и бунтующие хлынули в дом- из-за перевёрнутого стола открылся огонь из пистолетов, двое гусар вступили с вооружёнными повстанцами в бой. Началась кровавая битва.
Ротмистр был убит на лестнице- он попытался оттуда пристрелить того мерзкого коротышку, однако был зарублен саблей. Гусары, сгруппировавшись, начали оборону, отступая на второй этаж. Перекрыв вход на него скинутым на лестницу шкафом, они открыли огонь из окна по всё ещё бушующей на улице большей части восставших. В ответ в воздух поднялись факелы- горящие палки попадали на подоконники, влетали в окна, бились об стены. Дом вспыхнул.
Вскоре один из гусар, не выдержав жара, бросился из окна, нырнув в толпу- и был растерзан без жалости. Остальные продолжали сражаться, пока враг не прорвался на второй этаж- несмотря на пожар, восставшие, пробравшиеся внутрь, не покидали здания- кто-то усиленно запихивал в карманы украшения из дома, а кто-то просто жаждал расправы. Соседи собирались на улице, но, испуганные толпой бунтовщиков, прятались за лавками и фонарями, стараясь держаться на расстоянии. Другие выглядывали из своих окон.
Огонь передавался на другие дома. Гусары, умирающие в пламени, продолжали биться с неистовой энергией. Наконец, рухнула крыша, а за ней и балкон, прямо на головы восставших.

Пожар в столице Двуединой Славии тут же переполошил всё население города. Восстание подкреплялось новой энергией и стимулом к убийству- начались нападения на подоспевших пожарных, на случайных зевак, выбравшихся из своих домов что бы поглазеть на происшествие и даже на тех, кто покинул свои жилища, которые уже так же пылали огнём. Один из уцелевших гусар выбрался на то, что осталось от балкона. Послышался жуткий треск- с гулом двухэтажный дом рухнул прямо на улицу, раздавив десяток человек, горящие обломки градом слетали на дорогу.

Напряжение в Славии росло. Новые вспышки восстаний в Постовице вынудили правительство, ответственное перед Кёнигштадтом, ввести в город войска.
С лозунгами «Одна страна- один народ!» восставшие набрасывались на полицейских, громили магазины и лавки, конторы, пытались брать штурмом остроги и государственные учреждения.
Терпение властей начинало стремительно умирать в агонии. В столицу Славии были введены два гусарских полка и батальон драгун, а так же несколько артиллерийских расчётов. В ответ на это над городом поднялись губительные пожары- бунтующие поджигали свои и чужие дома, от трёхэтажных городских новостроек до стареньких избушек крестьян.



Кёнигштадт погрузился в праздники. Парады войск, радостные песни и танцы на площадях, бело-черно-золотые розетки на стенах, фонари, обвитые лентами, витрины, украшенные фигурками солдат и разнообразными гирляндами- приближение дня Святого Вильгельма было на лицо.
Вскоре над городом поднялись в морозный воздух разноцветные аэростаты, праздничное новшество, катки были полны радостных горожан. Подданные услышали предпраздничное обращение Императора, когда тот вышел на балкон дворца. Круглая площадь отлично передавала каждое слово монарха слушающим, и когда его поздравление было окончено, загремел яркий салют.
Монаршая карета вновь отправилась в Мэрибург. Почтенные прохожие кланялись, выражая своё уважение к коронованной особе и его семье.
Вильгельм, одетый в свой голубой уланский мундир, смотрел на горожан через чистое окошко салона кареты. Его супруга читала, а сын, молодой курсант, лишь бездельно разглядывал собственные перчатки, переминая их в руках.
- Ты ничего не желаешь рассказать мне, Франц?- спросил, направив спокойный взгляд на сына, Император.
- Нет, отец.- отвлечённый от своих мыслей кронпринц как-то недовольно отвёл глаза в сторону- на мать.
- Я слышал о твоей дуэли.
Кронпринц, встрепенувшись, прижался к сиденью.
- И она была не простой забавой, не так ли?- Вильгельм слегка ухмыльнулся.- Здесь замешана девица, м-м?
- Да. Я не хотел этой дуэли, но я не могу позволить, что бы кто-то смел надругаться надо мной и над ней.- угрюмо ответил юноша.
Император еле заметно кивнул, со стороны это могло показаться просто качкой кареты, бегущей уже по тракту за городом.
- В своё время я тоже стрелялся,- услышав эти слова мужа, Императрица испуганно оторвалась от книги,- И мой отец одобрил это. Хотя и заставил понять, как важна моя жизнь для страны. Пойми, Франц, твоя роль слишком велика. Риск свойственен для молодых, но он не должен доводить до гибели. Я хочу, что бы ты понял. Но кто же та, честь которой ты защищал?
- Это… дочь кухарки. Она работает у нас.
- Почему ты не говорил об этом раньше?- взволнованно спросила Елизавета.
- Но ты знаешь, что это не приведёт ни к чему хорошему.- холодно заметил Император,- Ты и она… Это морганатический брак.
Кронпринц не ответил, продолжая отречённо смотреть в окно.
- Ты можешь даже не думать об этом.- монарх выглядел, со стороны, весьма серьёзным и даже грозным в этот момент. Вскоре, его взгляду предстали красные черепичные крыши домов Мэрибурга.

Гордые уланы с пиками, украшенными флажками, выстроились в два ряда по сторонам дороги у дворца. Карета проехала между ними, и вскоре скрылась за решётчатыми воротами.
Выслушав с энтузиазмом громкие команды караула у дворцовых ворот, кронпринц отправился вслед за родителями внутрь дворца.
Вскоре Вильгельм оказался в своём кабинете. Ненавязчивый, уютный стиль комнаты всегда был ему приятен, и, пожалуй, из всех комнат этого дворца он любил именно эту.
Усевшись за ореховым столом, он позвонил в колокольчик. Слуга явился через пару минут, неся на подносе чай с булочкой и бумаги. Чаепитие Императора продолжалось недолго- покончив с первой чашкой чая, он с не меньшим аппетитом вскрыл конверты. Дошла очередь и до телеграмм.
Длинные пальцы его развернули, наконец, конверт с меткой в виде солнечного колеса, какое красовалось веками на кофердских инсигниях.
«Интересно, чем же порадуют нас соседи в этот раз!»- подумал про себя монарх, улыбнувшись собственным мыслям. Телеграмма была прислана из посольства в Лангерре, о чём говорили знаки в верхней части листа. Буквы были выведены аккуратным почерком служащего центрального телеграфа, так что едва ли новости были секретом, открытым только для Императора. Впрочем, закон запрещает разглашение всех сообщений государственной важности, а за болтливость принято платить.
Посредине стояли лишь два слова.
Вильгельм поднял взгляд, уставившись на входную дверь.
«Император умер».

Портрет Альберта Авершера, десятого венценосца с таким именем, родоначальника императорской династии Авершеров, висел в галерее Военной Славы Императорского Арсенала. «Герой освободительной Кофердской войны». Его серая борода, живые глаза, слегка хмурые брови, белый, подаренный ещё Францем I уланский мундир, расшитый шнурами и галунами… По аспийскому летоисчислению Альберт X умер 29 декабря 1839 года, по кофердскому- зимой 1329.
Когда солнце уже опустилось за горизонт, Вильгельм стоял уже у окна. Его мундир висел на спинке стула в углу, трещали угли в камине. Из его окна открывался великолепный вид на аллею, застланную снегом и еле-освещённую фонарями.
Теперь всё изменится. Он помнил ещё Отто, молодого тогда наследника престола Коферда, «человека вполне приличного и довольно порядочного». Эта свадьба, скрепившая династии, ещё была жива своим блеском и торжественностью в памяти. Конечно, она устраивала обе стороны, несмотря на крупное различие между женихом и невестой, но ведь такие браки не исключают подобных вещей. Главное- это политика. Не так ли? Всё оправдано.
И теперь носитель аспийской крови, монаршей крови- Франц Фридрих, принц Коферда- станет наследником. История вновь двинулась вперёд, напоминая о себе!

В небе засверкали разноцветные огненные цветы фейерверков.



Вести о смерти кофердского Государя очень скоро облетели как столицу, так и всю Аспию. На следующее утро об этом был оповещён и Георг Авершер- Вильгельм понимал, каким тяжёлым ударом даже для такого крепкого человека, как этот принц, будет смерть любимого отца. 18 лет назад погиб Франц II, не сражённый пулей в войне, не убитый злодеем-террористом и не загубленный страшным недугом- падение с лошади прервало жизнь сильного, энергичного монарха.



Славия во всю распевала бунтарские пошлые песни и размахивала флагами, словно один человек. По всей области разнеслось восстание, принявшее масштабы настоящей революции.
- Революция, революция, друзья!- кричал на площади в Постовице молодой студент городского университета, в потёртом сюртуке с испачканными мелом рукавами,- Революция! Хватит с нас аспийского владычества, грядёт эпоха свободной, Демократической Славии!
Толпа перед ним частью поддакивала и ликовала, частью- ворчала и возражала. Какой-то крестьянин, сняв шапку, вышел вперёд.
- А разве не короля выбирать будем?- подозрительно поглядев на студента, произнёс он.
- Друг, какой король? Наше будущее в свободе и равноправии! Аспийцы тебе земли не дадут, а на родной земле ведь право имеешь?
- И то верно… - протянул крестьянин, которого студент-оратор панибратски ухватил за плечи,- Да только у аспийцев ведь тоже свобода и демократия, а земли нет. Не будет такого и при вас?
- Неужто ты полагаешь, что при национальном, конституционном правительстве не получишь честно земли? Друзья, если сейчас мы отступимся от дела свободы, никогда уже её не добудем и всю жизнь проведём под штыками «беломундирников»!
Словно по зову студента, на площади послышался визг полицейского свистка, и сквозь расступающуюся толпу белой линией прорывались к трибуне солдаты в киверах.
Молодой офицер, поправляя свою шляпу, столкнул студента с трибуны и сам взобрался на его место.
- Я уже предупреждал и вас, и его,- указал он своим длинным перстом пианиста в сторону угрюмого оратора, стоящего позади,- Хватит с меня ваших митингов. Пока жив- не позволю! Если сейчас сами не разойдётесь, вызову драгун и гренадер, тогда уж не обессудьте. Из столицы пришёл важный приказ, который ясно даёт мне полномочия арестовать вас всех и отправить под карантин.
Возмущённые возгласы покатились по толпе, сливаясь в единый гул. Солдаты, выстроившиеся у трибуны, нервно переглянулись, крепче сжав в руках ружья.
- Друзья! Не лучше ль..!- воскликнул худощавый, роскошно одетый господин, взмахнув тонкой тростью, словно палочкой дирижёра, но тут же был перебит.
- Заткнись, треска!- толстолицый, солидно одетый владелец местной цирюльни вышел вперёд, грозно сверкая глазами на робкого миротворца.- Я пришёл сюда не для того, что бы слушать всяких куропаток. Член союза Свободных Людей Славии, я призываю всех вступить в общество и подписаться под ультиматумом аспийскому правительству, в котором мы потребуем свободы, ежели кайзер откажется, мы примем меры!
Толпа зажужжала, загудела, кто-то попытался прорваться ближе к рослому громиле, либо за справкой об обществе либо с целью наставить «на путь истинный» с помощью кулаков.
Офицер разглядывал толпу по сторонам, словно пытаясь отыскать в этом аморфном хаосе островок разума. Внезапно, словно тень, какой-то горожанин в студенческом сюртуке подлетел к трибуне и почти в убор бросил на неё чугунную сферу размером с кулак- офицер, широко раскрыв рот в безмолвном крике, бросился через ограду деревянного помоста.
Вспышка и грохот разнеслись по площади, вышибая окна домов и раскидывая манифестантов в стороны. На холодные камни хлынула кровь, дым заполнил площадь, как чашу, в которой звенели истошные крики.



«Постовицкое убийство», как окрестили взрыв на торговой Графской площади, в самый момент свершения трагедии выпустило во все стороны Империи длинные нити телеграфных сообщений- семафоры на белых башенках крутились безостановочно, описывая круги и размахивая своими «ладошками», передавая сообщения из города в город.
Когда громадный телеграф столицы принял страшные вести, в Рейхсрате было созвано экстренное собрание.
Переместившийся из старого, разрушенного восставшими в 1800 году Здания Государственного Сейма, парламент, при Вильгельме IV получивший название «Имперского Совета»- «Рейхсрата»- был «поселен» в роскошный Парковый дворец в южной части Кёнигштадта.
20 апреля по главной дороге, ведущей к воротам дворца, проезжали роскошные кареты с ряжеными, важными кучерами. У подъезда пассажиров встречали лакеи в ярких, расшитых золотом камзолах, офицеры и стража в голубых мундирах и касках с красными, пушистыми гребнями сопровождали гостей в коридорах, но все они стекались в один единственный зал- ярко освещённый яркими люстрами и сотнями свечей, к тому же, свет отражали прекрасные зеркальные стены.
У столов, посредине залы, расположились министры и эрцканцлер- пожилой, но бойкий вояка фон Кольнер с завитыми гусарскими усами,- над ними, на украшенных лепниной балкончиках, представители партий и иные слушатели заседаний.
Окркестр Императорской Музыкальной Академии собрался на отдельном балконе, откуда слышались звуки настраиваемых инструментов. Депутаты приветствовали друг друга, обсуждали новости, пока не прозвенел золотой колокольчик эрцканцлера, призывающий начать заседание. Расположившись у своих мест, присутствующие обратили свои взоры к эрцканцлеру, точнее- к дверям за его спиной. Дирижёр взмахнул своей палочкой, и оркестр заиграл знакомую всем мелодию, вековой гимн Аспийской Империи.
Поднявшись из своих кресел, парламентарии встречали своего Императора, представительно вошедшего в зал под звуки гимна и в сопровождении трабантов в красных мундирах и с их знаменитыми церемониальными секирами, и расположившегося во главе стола, так, что фон Кольнер оказался по правую руку от него. Возвышенное место монарха словно демонстрировало его превосходство над парламентом.
Воцарилась тишина, оркестр смолк. Властно окинув взглядом своих подданных, Вильгельм IV, уже 20 лет правящий Империей, взял в свои руки лист с докладом, предварительно одев пенсне.
Депутаты и министры смотрели на монарха, внимательно изучая даже малейшие изменения выражения его лица. Однако, новости не повергли Императора ни в уныние, ни в гнев- он спокойно, с некоторой строгостью в голосе произнёс:
- Почему меня не оповестили отдельной депешей?
- Сир, эти новости сочли более подходящими для заседания. Телеграмма пришла два дня назад, за это время мало чего изменилось.- нацепив монокль, произнёс эрцканцлер.
- Славия… А что с жертвами на площади?- Император, оставаясь неподвижным, ловко перевёл взгляд точно на фон Кольнера.
- Около сорока человек погибли. Бомба была крадена, скорее всего убийца купил её у подпольных торговцев или получил в каком-то подпольном обществе. К счастью, метатель был ранен осколком и попал в руки полиции раньше, чем сумел скрыться. Среди пострадавших находился наш офицер, который, понеся незначительные ранения, опознал террориста. Насколько мы знаем сейчас, он не социалист и не анархист, а скорее именно выходец из патриотических обществ.
- Им нужна конституция и суверенитет, мой Государь.- произнёс депутат от либеральной партии.- Боюсь, мы вновь встречаемся с проблемой распада. Империя не может держаться, если в ней нет единства, но подобное мы имели только во время войн.
- Славия не получит собственную конституцию, по крайней мере, в моё царствование. Если они хотят автономии- никто не задерживает их на территории моего государства.- строго произнёс монарх.
- Но Сир, нас нету иного выхода. Восстания продолжатся, и Шварцланд тому подтверждение! В Империи царит разлад!..
Терпение Императора рухнуло, словно керамическая маска на его лице. Сжав кулак в белой перчатке, он гневно поднялся и громко воскликнул.
- Разлад царит только в головах. Разлад не приходит сам собой- но я не допущу распада, любой ценой! Господин военный министр,- монарх указал перстом на сидящего неподалёку человека средних лет, с аккуратными бакенбардами и выбритым лицом,- я приказываю, слышите, ПРИКАЗЫВАЮ послать в Славию армейские части, список которых я лично подготовлю вам. Я не желаю слышать больше прошений о мирном исходе дела, ибо мира не может быть, пока не устранён источник конфликта. Я не желаю более делать уступок. Империя- это я и моя династия, а Славия- лишь её часть. Пора напомнить им, что они- собственность Империи.
Эрцканцлер разумно кивнул, сцепив ладони в деловитой позе, и лишь либерал-депутат поднялся со своего места.
- Сир, конституция провозглашает равенство всех народов Империи и их право!
- Конституция? Что ж, видимо, такой конституции нечего делать в Аспии, если она обеспечивает лишь её распад, не так ли?- монарх, развернувшись, покинул зал.
- Он сошёл с ума!- произнёс сокрушённо депутат либералов.
Его поддержали несколько голосов, но под пристальным взором эрцканцлера беседы стихли.
Последний раз редактировалось KaiseR Пт фев 11, 2011 2:06 pm, всего редактировалось 1 раз.

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6077
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#6 Сообщение Зеленый Зактан » Ср фев 09, 2011 2:24 pm

Книга мне нравится. Читаю с удовольствием.)
Двойственность между описаниями двора и Славии ужасная. А если Славийская республика таки отделится?..
И спасибо за рекламу упоминание Коферда! Понимаю, что удивило Елизавету в сопровождающих Марии - рубашечные воротники...
PS А по иллюстрации Аспия - чисто Российская Империя
Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#7 Сообщение KaiseR » Ср фев 09, 2011 2:43 pm

Зеленый Зактан писал(а):Книга мне нравится. Читаю с удовольствием.)
Двойственность между описаниями двора и Славии ужасная. А если Славийская республика таки отделится?..
Между прочим, очень верно заметили! Эпоха Вильгельма IV- это контраст между яркими балами в сиятельной столице и кровавыми боями на баррикадах в войне за независимость, которой в эту эпоху полыхали Шварцланд, Славия...
Зеленый Зактан писал(а):И спасибо за рекламу упоминание Коферда! Понимаю, что удивило Елизавету в сопровождающих Марии - рубашечные воротники...
Да, она, бедная, привыкла видеть вокруг себя мужчин с прямыми шеями от высоких воротников и длинными фалдами мундиров. :lol: Аспийские офицеры- это коктейль из образов стереотипных "николаевских", " австрийских" и "прусских" офицеров- прямые, строгие, гордые, педанты и муштровальщики. :mrgreen:
А вообще я люблю описывать иные державы. Это добавляет реализма в рассказах- а не вот что "Аспия находится в центре мира", словно отдельный мир даже. "Если бы Коферда не было бы, его следовало бы выдумать!" :mrgreen: В том и большой смысл создания всех этих «тераний, шварцландий и славий»- дабы Аспия не скучала и были доступные соседи для исполнения определённых ролей, но при этом- реально существующие.
:)

Зеленый Зактан писал(а): А по иллюстрации Аспия - чисто Российская Империя
Правда? :shock: А из чего такие выводы- из двуглавого орла на стене зала собраний Рейхсрата? Или "дворец- питерское Адмиралтейство"? Ну, подобная инсигния висела и за спинами австрийских кайзеров, а вот насчёт дворца- на его выдумку меня вдохновил берлинский Штадтшлосс, останки которого я посещал пару лет назад, и в связи с началом его восстановления. :)


П.С.
Ах, да, ещё этот "александровский триколор"... :mrgreen:
Последний раз редактировалось KaiseR Вт мар 29, 2011 10:13 pm, всего редактировалось 1 раз.

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#8 Сообщение KaiseR » Сб фев 12, 2011 8:07 pm

Глава III. Тучи над Мэрибургом.

Изображение



Две высоких, статных фигуры двигались по отполированному полу Императорского Зала Славы в кёнигштадтском дворце. Два человека, один из которых был одет в белоснежный мундир, другой же в голубой китель с фалдами, беседовали еле слышно, несмотря на предательскую акустику залы, и сторонний наблюдатель едва ли мог различить их слова достаточно хорошо, что бы узнать тему разговора.
Внезапно, белая фигура остановилась.
- Посмотрите, друг мой, это слава моих предков.- произнёс Император Аспии, глядя на масштабную панораму-полотно, изображающую битву при Лесгэси,- Моей страны…
- Я был некоторое время вашим врагом, Вильгельм, но теперь мы равны и я готов оказать вам поддержку. Армия королевства к услугам нашего сюзерена, поверьте, моя верность вам и вашей Империи безгранична.
- Что же не устраивало вас в старом порядке, Фердинанд?- прищурившись, спросил Император.
- Не устраивало? Отсутствие автономии и несправедливость, которую проявил ваш прадед к моему предку. Но меня и мою страну устраивает наша уния. Шварцланд, автономный и монархический, готов верно служить сюзерену в лице Аспийского Государя, поверьте. Но я бы пожелал помочь вам в вашем «Славийском конфликте». Только скажите, и пять сотен моих солдат и кавалеристов войдут на территорию этого мятежного клочка земли.

Реакция Императора оказалась совершенно не такой, какую ожидал лицезреть старик-полководец, ставший монархом во многом только благодаря своему воинскому таланту.
Мрачное лицо Вильгельма IV стало вовсе тёмным, и Фердинанд, испуганный эффектом, чуть было не бросился за помощью, но крепкая хватка руки Императора, сомкнувшейся на его плече, заставила седого шварцландца остановиться.
- Нет-нет, останьтесь. Я просто не могу поверить, что собираюсь одним своим словом пролить кровь сотен моих подданных. Когда я вступал на престол, в этом сиянии коронационных одежд и тысяч переливающихся медалей на мундирах генералов я никак не мог подумать, что я буду вынужден сделать это.

Карета шварцландского Государя покидала столицу в сопровождении гвардейских кирасир и под звуки парадного марша. Солнечная погода, радующая жителей Кёнигштадта, преображала город- заметно перестроенный ещё в 70-е годы прошлого века, он превратился из мрачноватой и серой «казармы» в храм культуры и процветания Империи.


В городе поселились на лето родственники Фамилии, многочисленные графы, эрцгерцоги и прочие члены династии, которые быстро разбежались по своим дворцам- не обделён вниманием был и Императорский, окружённый теперь новой оградой с многочисленными украшениями.
Кареты съезжались сюда каждый день, обычно- вечером- в большом количестве, а залы дворца принимали гостей, приехавших на бал. Белые мундиры кавалеров, с орденскими лентами, супруги господ в роскошных платьях, их дети в забавных мундирчиках, похожих скорее на пижамы, всё это заполняло колыбель Адлербургов.
- Ваше Величество, позвольте поздравить Вас с блестящий победой!- чинно произнёс Юлиус Доминик, граф фон Бейкен, высокий и красивый 27-летний мужчина.
- Прошу вас, Юлиус, поздравьте генерала фон Адлерхейма, его блестящий штурм баррикад в Постовице вернул нам порядок и спокойствие.- с грустной улыбкой произнёс Император, восседающий на кресле в бальном зале.- Однако, нам не время радоваться. Эта трагедия, восстание… Теперь нам придётся, буквально, задобрить их. Но идите, не забивайте голову этой политической ерундой- похоже, княжна фон Райн так и ждёт, когда вы пригласите её на танец.
Откланявшись, кавалер отправился в сторону одиноко стоящей девушки, провожаемый взглядом монарха.
Пары кружились в танце, вызывая восхищение присутствующих гостей.


Бои всё ещё гремели на улицах Постовицы- восставшие стреляли из амбразур, выбитых в баррикадах, метали камни и всячески пытались воспрепятствовать продвижению правительственных войск, которые неудержимой волной рвались к центру города. Солдаты в белых мундирах скрывались в утреннем, густом тумане, ставшем зоной ожесточённых слепых боёв- кавалеристы с саблями набрасывались на укрепления противника, разя горожан-мятежников точными, рубящими ударами.
- Вперёд, рота! Не дадим запятнать нашу славу каким-то оборванцам!- с призывом воскликнул молодой солдат 3 роты городского гарнизона, поднимая над головой простреленное знамя,- Барабанщики, музыку!
Под звуки барабанов пехота пошла в атаку под пулями противника, сопровождаемая драгунами, заставляя восставших отступать назад по улице. Наконец, за спинами бунтовщиков объявился заметно поредевший 12 пехотный полк, ведомый раненным офицером- зажатые « в тиски» горожане были вынуждены принять поражение, но тут же перебиты без пощады.
То же было на иных улицах и площадях- войска шли рядами на баррикады и самодельные форпосты мятежников, воздвигая свои знамена на них. Раненные, опираясь на ружья, продолжали биться используя пехотные тесаки, пехота выбивала штыками амбразуры в стенах захваченных домов- город превратился в сплошное поле боя, под ногами укрепившихся на крышах стрелков осыпалась на брусчатку улицы красная черепица.




[center]1841 год.[/center]


Цветущая зелень Мэрибургского дворца успокаивала и лелеяла сознание и чувства женщины, отдыхающей в саду. Сейчас, тут, она не была Императрицей Аспии, отстранившись от суеты столицы и двора, полного льстецами и мерзкими вояками, гордыми и наглыми.
Тут же находился и её муж- но совершенно отделённый от супруги кустарниками смородины- Вильгельм играл со старшим сыном в мяч, когда младший- Иоганн- с интересом наблюдал за игрой со своей лавочки в сторонке.
Если бы сторонний наблюдатель узрел эту идиллию, он бы мог подумать, что перед ним простая, но очень богатая семья, над которой не довлеют тяжёлые короны и жизнь которой никак е связана с властью и государством. В летние «каникулы» Адлербурги-Гогенгерты всегда находились в пределах Мэрибурга- этот небольшой городок, до сих пор не поглощённый Кёнигштадтом, становился островком покоя и радости для монаршей семьи, хотя и сюда продолжали приходить телеграммы с отчётами из столицы.
Изредка семью «беспокоили» лишь проходящие мимо ограды роты солдат местного гарнизона- в своих белых мундирах, новых красных брюках и касках они радостно салютовали, встречая Императора, и так же искренне улыбались, не в силах сдержаться от эмоций, в ответ на улыбку Императрицы.
Больше всего нравилось наблюдать за стройным шагом солдат и слушать их песни Иоганну. 6-летний мальчуган, он был очень бойким и активным, в то же время проявляя невиданную смышленость и любовь к полевой жизни. Несмотря на свой возраст, он уже прошёл «школу жизни» во время весенних манёвров, где он вместе с солдатами провёл неделю в условиях простого полевого лагеря. Во время одного из балов в столице Император даже заметил своему адъютанту, графу фон Кляйндорфу, что обязательно произведёт сына в офицеры гвардии как только тому исполнится 18.
Не избегал отцовского внимания и Франц, старший сын, которому в этом году уже исполнилось 17. Уже к осени ему был «заказан» прямой допуск в определение полка для дальнейшей службы там, и он проявил изрядный энтузиазм, пожелав числиться и служить в рядах гвардейской артиллерии.

В Империи воцарился мир- пролитая в Славии кровь принесла победу аспийцам, и хотя вопрос о положении этого маленького государства в пределах Аспийской Империи был ещё не решён окончательно из-за дебатов в Рейхсрате, все признавали наступление эпохи покоя и благоденствия.

Оказавшись на южной террасе дворца, Вильгельм расположился в кресле, глядя на мирное озеро парка. Наступал вечер, летом бывший всегда светлым и очень живописным в моменты заката.
Вскоре монарх почувствовал прикосновение близкой сердцу руки на плече- супруга беззвучно и грациозно проникла на террасу.
- Здесь очень красиво,- сказала она, обняв мужа за плечи и устремив взор туда же, куда смотрел и он.- Я бы никогда отсюда не уезжала. Но мне иногда кажется, что ты бы желал скорее находится в столице, чем тут.
Вильгельм саркастически улыбнулся.
- Ты же знаешь, всё это обусловлено только моим долгом. Я не желал его и не просил- это наследственный долг. Но я так же не желал бы и избавления от него.

Окончательно стемнело к 8 часам. Император смотрел на часы со скукой, и его думы были заняты тем, чего он так не хотел демонстрировать жене- желанием оказаться за своим рабочим столом в Кёнигштадте, за горами бумаг. Он уже не мог без этого жить.
Но и красоты Мэрибурга пленяли его не меньше. Он с детства любил сидеть здесь, глядя на чудесные пейзажи парка, озера, замечательных скульптур в аллее. Здесь, на веранде, он часто читал книги с дедом, эрцгерцогом Францем, который умер в 1810 году, прожив более 82 лет. Он ещё помнил этого славного старика, такого добродушного и гораздого на всякие забавы и игры- с ним Вилли, сын кронпринца, всегда чувствовал себя уютно, это был человек, в котором он чувствовал защиту не менее, чем в своём собственном отце. Отсюда же Вильгельм ребёнком уезжал в 1800 году, когда в его комнатку ворвались солдаты и поспешно, хотя и с определёнными почестями, вынесли на руках во двор и посадили в повозку, на ящик с провиантом. В течении пяти дней он ни разу не видел своего отца, даже мать не показывалась его взору- мальчик проделал дыру в покрытии фургона, через которую наблюдал за движением других повозок и тарантасов, маневрирующих среди рядов солдат.
С семьёй он встретился в Нордландштадте. Тогда он просто не мог понять, что началась Война за Корону, в которой его отцу было суждено победить. Через некоторое время жизни в Нордланде, в обществе дедушки и матери, а так же штабс-офицеров, которые очень его полюбили, пережив жуткую осаду города, он был отправлен в Блэкхэртштадт- там ребёнок, в чёрненьком мундирчике с почти игрушечными эполетами и аксельбантами, наблюдал коронацию отца- Франц II стал Императором Лирендэлла, а он- Вилли- кронпринцем этой новой, возродившейся Империи.
Дальнейшие годы так же протекали чрезвычайно мирно- Вилли побывал в Коферде, где ему очень понравились забавные, «кукольные домики» стареньких улиц и Императорский Дворец на острове, а так же гвардия в темно-голубых кителях и кирасиры, подобные аспийским, которых он хорошо знал. Тогда, наблюдая, как его отец- великан, мужественный и сильный, добродушно беседовал на различные темы с милым монархом Коферда- Альбертом X, Вильгельм понял одно- Коферд друг Аспии, и на это ему следует обратить внимание в первую очередь, как будущему монарху.
Свадьба с Елизаветой в 1819 году стала особенным моментом в его биографии- любовь, вспыхнувшая между молодым офицером гвардии и совсем юной девушкой благородного происхождения стала фундаментом прочного союза Адлебургов и Гогенгертов. Плодом этой любви стали сыновья- Франц и Иоганн, прочная основа династии. Вильгельму более не о чем беспокоиться, даже после гибели дражайшего отца. Теперь, сейчас… есть только он, она и покой мэрибургской ночи.

- Милый…- Императрица, вдруг оторвавшись от мужа, указала ручкой вперёд, чуть левее блестящего в лунном свете озера, на освещённую фонарями, но скрытую кустами аллею.
Над кустами, что скрывали боковую аллею от взгляда сидящих на веранде хозяев, словно акулий плавник в море быстро «плыла» медная пика, сверкающая в свете фонарей. Наконец, офицер в каске с серьёзным видом вышел на прибрежную аллею и чинно направился прямо к подъезду. Так как веранда находится на втором этаже, супруги могли проводить его взглядом почти до самой двери, когда он скрылся за стеной.

Франц быстро спустился по винтовой лестнице, ведущей из Зелёного Зала вниз, в малую прихожую. Это небольшая комната, подобная простым прихожим в достаточно обеспеченных городских домах столицы, обклеенная скромными бежевыми обоями с узором и обставленная тумбочками, вешалками и ящичком с зеркалом. Отворив дверь, кронпринц встретился взглядом с равным себе по росту усатым офицером, глаза которого чуть не скрывались за длинным, квадратным козырьком каски.
- Ваше Высочество, ежели угодно будет Государю выслушать моё срочное донесение, прошу сообщить Его Величеству о моём прибытии.
Франц хотел что-то ответить, когда внезапное появление Императора за его спиной заставило офицера выпрямится и поднять ладонь к виску.
- Ваше Императорское Величество! Срочное донесение…
- Прошу вас, тише, Киль, мой сын сейчас спит, и я бы не хотел лишать его сна из-за вашего визита. Пройдёмте со мной на веранду, не скромничайте.
Офицер, сняв головной убор, крепко схватив его за пику и держа, словно графин, проследовал за Императором, и вскоре оказался на веранде, где так же поприветствовал Императрицу и вновь попросил о прощении за нежданный визит.
- Что же произошло? Только прошу вас, тише. Поверьте, слух у моего сына не менее остр, чем у меня самого.- монарх дружелюбно улыбнулся визитёру, но тот лишь ответил строгим поклоном.
- Ваше Величество, срочное донесение из Лирендэлльского Военного Совета:
«Князь Андреас фон Ремарк, назначенный на пост Верховного Главнокомандующего приказом от…»
- Киль, дальше, пожалуйста,- Вильгельм элегантно покрутил рукой в воздухе, словно перелистывая страницу невидимой книги.
- «13 мая Его Высокопревосходительство князь фон Ремарк не посещали собрание Кригстага Лирендэлльской Империи по вопросу об унификации формы и снабжению частей. Посланный за ним лакей обнаружил, что Его Высокопревосходительство из спальни, по словам служанки, не выходили в течении трёх дней. Когда в беспокойстве дворецкий и лакей открыли дверь в спальню, которая была заперта по обыкновению самим хозяином, они обнаружили князя лежащим на полу в бессознательном состоянии, в ночной рубашке и халате, у стола. Он был сильно истощён, но жизнь теплилась в его сердце. Князь был доставлен в городской Императорский Военный Госпиталь, по мнению докторов, с ним случился удар во время ночной работы над новым проектом по обеспечению частей армии. По словам служанки и дворецкого, князь обыкновенно работал только ночью, и часто свет в его кабинете продолжал гореть до трёх утра.»
Вильгельм, потупив взгляд, задумался. Его супруга, скорбно поглядев на мужа, покинула комнату.
- Сир?- произнёс офицер, пробуждая своего господина от траурного плена.- Князь лично просит Вас прибыть в Эддэрштадт.
- Сообщите им, что я буду там в самом скором времени. А теперь идите. Я бы пожелал на некоторое время уединиться.
Поклонившись, офицер попятился к двери и скрылся за ней, оставив угрюмого монарха в одиночестве.


Следующее утро выдалось холодным и пасмурным. К пяти часам к северному подъезду дворца, тому самому, центральному, напротив ворот, подкатил тарантас, в котором сидел полный, в серой шинели с пелериной и каске с белым плюмажем человек. Его чисто выбритое лицо и седые волосы были знакомы обитателям дворца.
- Это господин Кляйндорф.- почти шёпотом произнёс кронпринц, глядя за штору у окна в детской. Находящийся рядом Иоганн стоял на небольшом стульчике, что бы разглядеть визитёра.
- А зачем?- спросил мальчик, глядя снизу вверх на высокого брата.
- Что «зачем»?
- Зачем он сюда приехал!- хмуро ответил Иоганн.
- Не думаю, что тебе будет интересно знать об этом. Сегодня папа уезжает.
- А куда?
- В Эддэрштадт. Там есть человек, которому он очень нужен сейчас.

Завидев отца, появившегося во дворе, мальчик радостно вскрикнул.
Вильгельм так же был облачён в шинель и держал в руках каску, словно ехал на военные смотры или манёвры. Жена, сопроводив его до тарантаса, попрощалась с ним и стояла у ворот пока транспорт не скрылся за далёким поворотом улицы.

Когда повозка пересекла отмеченный полосатым столбом «контрольный километр», как называются в Аспии границы того или иного населённого пункта, у дороги показались драгуны на своих рысаках, которые, поравнявшись с повозкой, чинно отдали честь и отдалились на необходимое для успешного конвоирования расстояние.
Вильгельм, одев на голову каску, взглянул на чуть не дремлющего спутника- 59-летний адъютант был действительно уставшим. Однако, почувствовав на себе взгляд Императора, Георг фон Кляйндорф тут же выпрямился, сорвав маску уныния и скуки со своего полного, чуть обрюзгшего лица.
- И так, когда мы окажемся на месте?- прервал многоминутное молчание монарх.
- Мы прибудем в Эшербург к полночи завтра, мой Государь. Там драгуны будут отозваны назад, и нас будут сопровождать конногвардейцы лирендэлльской гвардии. К ночи мы сделаем одну остановку, в Рице, где сменим лошадей и, если Вы желаете, отужинаем.
- Хорошо. Я не очень люблю далёкие поездки.- взглянув на пасмурное небо, Император закутался в шинель- никогда ему ещё не было так неуютно в традиционную для Аспии пасмурную погоду…



П.С.
Прошу обратить внимание на иллюстрацию- уж очень мне она самому нравится, напоминает кадр из какого-то мультфильма. :) На ней- собственно Император(слева) и адъютант фон Кляйндорф в дороге, из конца главы. :)

SiR
Аватара пользователя
Сообщения: 4537
Награды: 1

Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#9 Сообщение SiR » Сб фев 12, 2011 8:09 pm

Хм, что то я ждал, а потом откланился и не до этого было..)
Очень интересно было прочитать) Иллюстрации, хоть и не из лего, но все же очень красивы и понятные) уже буквально после одной иллюстрации читаешь текст и представляешь все как есть)
Изображение

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#10 Сообщение KaiseR » Вс фев 13, 2011 11:18 pm

SiR писал(а):Хм, что то я ждал, а потом откланился и не до этого было..)
Очень интересно было прочитать) Иллюстрации, хоть и не из лего, но все же очень красивы и понятные) уже буквально после одной иллюстрации читаешь текст и представляешь все как есть)
Благодарю, SiR. :) Надеюсь, что произведения востребованы. :)



Глава IV. "Угасание славного".

Изображение



- Всё же очень странным кажется мне этот отъезд папы в Лирендэлл. Мама, ты так и не сказала, что случилось. Кто ждёт его?- Франц сидел у камина, вытянув к огню ноги.
- Ремарк болен. Отец уехал встретится с ним, ты знаешь, какое значение для него имели все те заслуги этого военачальника.
- Да, фон Ремарк- герой. Но сколько ему сейчас лет? Я никогда не задумывался…
- Восемисят шесть.- выкрикнул Иоганн из боковой комнату, забитой книгами на деревянных полочках.- Я нашёл книжку.
Когда мальчуган появился в зале с массивной книгой в руках, Франц ловко выудил её у него и открыл на той самой странице, где располагался портрет прославленного военачальника. Ниже находился аллегорический двуглавый орёл, восседающий на щите с перекрещенными пушками и саблями и кучей знамён у подножия.
- Да, он родился в 1755 году. Он уже очень старый. А прадедушка был моложе, когда умер?
- Да. Но ещё моложе был твой дед, именем которого ты назван.- произнесла, не отвлекаясь от вязания, Елизавета.- Для нашей династии продолжительная жизнь является нормой.
- Пускай каферцы нам завидают!- засмеялся Иоганн, сидя на ковре.- Но почему умер дядя Альберт?
- А ты помнишь его? Он видел тебя всего раз, тогда, в тридцать седьмом… Дядя Альберт долго болел, дорогой. У него очень болело сердце.
- А кто его разбил?- наивно спросил мальчик.
- Глупый, кто тебе сказал такую чушь? У него был приступ, сердце не может разбиться. Ты пока ничего не понимаешь…
- Франц прав, дорогой.
- Но мама, когда мы с папой были на манёрвах, генерал Штутман говорил, что плохо маршировавшие солдаты на плацу разбили его сердце.
- Он имел ввиду, что солдаты огорчили его своим шагом. Это значит, что они недостаточно хорошо выучили шаг.
Заметив, что младший брат начинает проявлять слишком большой интерес и постепенно переходить к собственным кладезям всевозможных вопросов на различные темы, Франц взял его на руки и направился к двери.
- Мама, я возьму Ганса на прогулку?
- Уже вечереет, Франци, постарайтесь не уходить далеко с ним.- заботливо ответила мать в след удаляющемуся сыну.
- Мама, неужели ты хочешь обидеть меня? С ним будет без пяти минут офицер гвардейской артиллерии!- усмехнулся Франц, одевая фуражку.



Во вторник, на 12 день после начала поездки, карета Императора Аспии, в которой он оказался после пересадки в Эшербурге, въехала в Эддэрштадт под звуки парадных маршей и ликование толп народа, сбежавшегося посмотреть на прибытие самодержца в столицу. Встречаемый горожанами, Вильгельм IV вскоре завершил свой маршрут на лестнице большого дома, стоящего на улице Францштрассе. Этот белокаменный особняк, построенный в конце прошлого века, был теперь знаменит своим прославленным жильцом- князем Андреасом фон Ремарком, героем-патриотом.
Внутри, пройдя на второй этаж, Государь принял поклоны прислуги и молодого дворецкого, который провёл его дальше, остановившись у двери в спальню князя.
- Как он?- снимая перчатки, спросил Вильгельм у выпрямившегося дворецкого, стоящего словно солдат на вахте.
- Очень плохо, Ваше Величество. Вчера мы привезли его из госпиталя, он был почти без сознания, и его состояние ухудшается.
- А что сказали врачи?
- Их ответ един, сир. Князь уже очень стар, его организм изношен, словно его мундир. Особенный удар по его драгоценному здоровью оказали эти бессонные ночи за столом, где он постоянно что-то писал. Прошу Вас, сир, проходите, он будет очень рад Вашему высокому визиту.
Отворив дверь, слуга отшатнулся назад, пропуская Императора. Когда Вильгельм, снимая каску, прошёл в центр комнаты, лежащий в постели старик-князь приподнялся на локтях, радостно оглядывая гостя.
- Мой Государь, мой Государь… Вы приехали.- хрипло произнёс он, пытаясь подложить подушку себе под спину, что бы встретить монарха сидя, но Вильгельм опередил его и заботливо поправил подушку лично.- Я славлю Бога за то, что он явил Вас ко мне.
- Я так же рад встречи, Ваше Высокопревосходительство,- с ощутимым уважением и даже преклонением ответил монарх, садясь на стул у постели больного.- Но что за встреча, в какой ситуации! Я был очень огорчён Вашей болезнью и боялся.. боялся что не успею.
- Мой Государь, я боялся не менее… Не дождаться Вашего визита. Я отдал всю свою жизнь на служение Вам. Но прошу Вас, посмотрите сюда,- бледное лицо старика, с седыми усами и густыми ещё бровями, заметно просветлело, когда взгляд монарха упал на лежащие на столе бумаги.
Вильгельм поднялся и, взяв их в руки, перешёл вновь на прежнее место.
- Это… Боже мой…- перелистывая толстую стопку больших листов, протянул Император.
- Мой Государь, это мой труд, который был моим первым делом в течении более чем 60 лет. Это история Военной Славы Аспии, история в биографиях её творцов, в детальном описании всех кампаний и сражений с моими личными оценками и размышлениями. То, что вы держите в руках- лишь малая часть этой работы. Остальное- в моём шкафу. Я никогда не держал в нём одежды, всё место занимали лишь листы с работой.- болезненно улыбнувшись, сказал старец,- Так же, тут биографии Вашего прадеда, деда и отца, мои личные размышления на тему войны и военного дела, военного искусства. Здесь мои проекты о снабжении и поддержании армии в боеспособном состоянии, здесь то, что никогда не было достоянием Сейма, Рейхспалаты и Кригстага. Здесь всё- в первоисточнике, мой Государь! И я молю Вас, Вы избраны самой судьбой- Вы должны воплотить сей проект в жизнь. Я оставляю Вам перед моей смертью сей труд для создания самого масштабного свода истории нашей страны, единой и неделимой Аспии, её сынов и отцов, её побед и поражений, её ошибок и идей по их исправлению и недопущению в будущем. Я разделил мой труд на масштабные разделы- «Геополитика», «История», «Философия»… Тут есть то, что должно стать достоянием великого народа, и то, что должно быть достоянием лишь Вас, мой Государь, и Ваших потомков.
- Это невероятно. Я… Я не могу поверить, что это возможно… Это же величайший труд, которому нет равных.- изумлённо произнёс монарх, глядя точно в серые глаза старого полководца.
- Я начал писать его ещё в молодости, если быть точным, в 1779 году, будучи молодым офицером гвардейского уланского полка, при Вашем прадедушке. Я не скрою, уже тогда мои думы заполнялись мыслями о независимости Эддэрнэлла и… И более того, о свержении… Но начатое тогда, в годы дум, в годы развития моей мысли, и позже, в годы просвещения, познания и осознания всего, что я добывал своими силами есть теперь то, чего частичку вы держите у себя в руках. Я завершил свой труд, и могу умереть спокойно, лишь с надеждой на то, что Вы, мой Государь, сумеете правильно распорядиться им.
К девяти часам по приказу князя, который словно воспрянул от недуга, был подан чай. Император Аспии и старый полководец, который полвека назад был близок к полному свержению Адлербургов, пили вместе чай, обмениваясь думами и впечатлениями от тех или иных событий.
- Я считаю, что отделение Шварцланда было совершенно закономерным. В противном случае, он превратился бы в настоящую гангрену Империи, загнивал и медленно отмирал. Теперь же, хватило простой унии для присоединения его как «свободной державы» к Империи в виде автономной области.
- Да, а ведь не так давно, Фердинанд III чуть ли не лично ворвался в Славию и так усердно подавлял восстание, что чуть не присвоил все лавры себе!- рассмеялся монарх, слушая речи князя о геополитическом значении всех недавних событий.
- Помните, мой Государь, и будьте уверены, что я не раз напомню об этом на страницах моего труда- Ваша цель не превратить Империю в тюрьму или связать её цепями, заткнув всем рты, Ваша цель- сделать Империю единой без всего этого. Многие считают, что это невозможно. Но я уверен, мой труд позволит Вам многое понять. Помните, что лучший урок- это урок предыдущих поколений. Эпоха, это не что-то столь отдалённое, до чего нельзя дотянуться силой сознания. Так, как мы с Вами вспоминаем деяния Йозефа Гордецкого, так и он вспоминал уроки фон Гейткейга. И так же вспоминал ваш предок, Ричард XVIII, уроки, вынесенные его отцом, Карлом.

Расставшись с фон Ремарком, Вильгельм IV отправился во дворец- роскошный, с высокими пиками трёх башен, этот образец архитектуры раннего имперского периода, созданный в 1630-е годы при Леопольде Вильгельме IV, был до сих пор самым высоким строением в городе, и, наверное, во всей Лирендэлльской Империи.
Многим казалось, что «Лирендэлльская Империя», как часть Аспии, есть полное недоразумение- «Империя в Империи». Однако, то, что было свершено в роковом 1800 году было и гарантом мира между двумя державами. Сделать Лирендэлл простой областью было бы подобным плевку в лицо всем его подданным.
Оказавшись на территории Фриденборгского дворцового комплекса, монарх выбрался из кареты и пешком пересёк длинную и широкую парковую аллею до самого парадного подъезда. Миновав лестницы и залы, он оказался в центральном кабинете, который располагался как раз под центральной башней и большими окнами выходил точно на аллею и виднеющиеся крыши города за ней.
Устроившись в кресле, он первым делом обратил взгляд на висящий позади портрет Эдварда Блэкхэрта, Короля и Императора Лирендэлла. Старый монарх, в кирасирских латах своей эпохи, с накинутой мантией и маршальским жезлом в руке смотрел на гостя благородным, милостивым взором. Его высокое чело с ниспадающими седыми локонами являло собой один из не опровергаемых признаков династического главенства.
Рядом висел портрет Леопольда. Этот Император, судьба которого оказалась весьма трагичной, в серой шинели и кивере, был изображённым сидящим в походном шатре, на простом стуле. Такие портреты были популярны в годы Великой Войны, и имелись, пожалуй, у всех правителей-участников её.
Вскоре взгляд Императора померк, и тёмная пелена век закрыла его от окружающего мира.


Пробуждённый ото сна, Вильгельм осмотрелся- рядом, словно призрак, чуть освещённый огнями за окном стоял его адъютант, фон Кляйндорф, со скорбным выражением лица.
За окнами уже стемнело, и город казался мерцающим сборищем гирлянд.
- Ваше Величество. Прошу Вас, вставайте. Князь умер.
Услышав эти ужасные слова, Вильгельм вскочил с кресла и, наскоро застегнув лацкан и воротник мундира, выскочил из кабинета. Адъютант нагнал его уже у кареты.
- Как давно?- Спросил монарх, сидя уже в салоне несущегося в город транспорта.
- Около получаса назад, Государь.
- Он оставил какие-то распоряжения?
- Нет, сир, устных нет, но дворецкий клялся, что князь писал что-то в последние минуты. До этого к нему приходил священник.
- Эти бумаги у вас с собой?
- Нет, сир, я сам только что из Кригстага. Пришла телеграмма.
Окна княжеского дома были уже занавешены чёрными шторами, и только в одном окне, на первом этаже, в кухне, горел свет, на фоне которого мелькала головка юной дочери кухарки.
Когда Император и его спутник поднялись по белокаменным ступенькам к входу, дверь открыла эта самая молодая девушка. На кухне находились священник в чёрной рясе и нотариус, которые мирно пили кофе.
- Ваше Величество, прошу Вас, проходите. Боже мой, князь умер… Ваше Величество…
Император, не обращая внимания на её причитания, выученные у такой же сердобольной матери, скинул шинель на вешалку и помчался наверх.
- Ваше Величество!- воскликнул стоящий у дверей офицер,- Вы опоздали, сир. Князь умер, исповедовавшись и причастившись. Он…
Офицер чуть отворил дверь- в комнате царила кромешная тьма, и лишь маленькая свечка у изголовья покойного немного приоткрывала её завесу.
Сняв каску, офицер склонил голову как в первые минуты траура.
- Сир, Его Высокопревосходительство приказали сообщить Вам- там, на столе, есть для Вас конверт. По распоряжению князя всё в комнате, кроме… Останется на своих местах.

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#11 Сообщение KaiseR » Пн фев 21, 2011 3:11 am

Глава V. "Призрак прошлого".

Изображение



Лирендэлльская столица потускнела и оделась в траур. Смерть героя, ставшего почти живым символом страны, была ударом подобным краху в войне.
Вскоре сюда скорейшим образом прибыла Августейшая семья монарха. Вслед приехала и мать Вильгельма IV- Вдовствующая Императрица Капитолина, властная и гордая женщина, была одета в красивое, чёрное платье(впрочем, никто никогда и не отрицал её высокого вкуса и познаний в этикете!).
Траурная процессия отправилась из Эддэрштадта в Альм, небольшой городок на склоне в южной части Империи. Вскоре и его улочки заполнились людьми- старые отставные офицеры и солдаты снимали шляпы и шапки, даже крестьяне, коим не довелось бывать на войне или вообще видеть славу почившего, обнажали головы. Над ратушей был спущен сине-голубой флаг, а окна «украшены» чёрными полотнами.
Императорская семья расположилась прямо в княжеском поместье- высоком, каменном доме, выстроенном ещё при Короле Олафе и множество раз достраивавшемся потомками первых владельцев.
Тут же располагался и семейный склеп фон Ремарков, и большая часовня.
Наконец, рано утром над городом загудел рожок- улан на холме возвещал всех о начале церемонии. Гроб с телом военачальника несли сам Император, сын почившего и офицеры почётной гвардии- вскоре прославленный фон Ремарк занял место в своём последнем пристанище- семейном склепе, рядом с гробом не менее знаменитого отца, победителя моэнских войск.

- Этот рыцарь был настоящим сыном своего Отечества, готовым отдать жизнь во имя его славы и процветания. Герой и патриот, гений военного дела… отныне останется в истории Империи наравне с подобными ему триумфаторами.- Император скорбно смотрел за тем, как рабочие закрывают двери усыпальницы,- Он был архитектором наших побед, в землях Литы, в Моэне и Терании. Петер,- монарх обратился к сыну полководца, который всё это время стоял в сторонке,- по праву я отдаю вам это поместье во владение. Отныне вы новый князь фон Ремарк.
Полноватый господин в сюртуке, Петер фон Ремарк, учтиво поклонился.
- Ваше Величество, я всегда буду рад видеть Вас гостем в моём скромном имении… К тому же, почитая за должное, я с радостью готов пожертвовать часть моих денег на нужды армии, к которой мой батюшка так был привязан. Возможно, это лишь малая сумма для нашей армии, но я надеюсь, что она найдёт себе применение.
- Благодарю вас, князь, но думаю вам и вашей семье данные средства понадобятся на ремонт в этом доме, что бы он мог принять новых хозяев уютом и теплом. К тому же, вы ещё сослужите нам службу, я уверен- а посему назначаю вас ландкомиссаром уезда, и, если вы сами пожелаете, я готов продвинуть вас на должность более высокую, скажем, в Адмиралтейство.

Когда присутствующие покинули парк, Вильгельм IV оказался единственным в нём находящимся- Император, некоторое время постояв напротив сооружения усыпальницы, присел на скамейку чуть поодаль.


1842 год.


Обычно, адъютант Его Величества принимал гостей, как и полагается, в гостиной своего уютного дома на склоне Свечного холма, но нагрянувшего с визитом генерала фон дер Алленмарка он встретил с необычайным радушием и тотчас провёл на второй этаж, где расположил в комнате-мостике. Если посмотреть на стоящий на отшибе особняк, эта самая комната будет выглядеть, словно нос у корабля- она выпирает из общей громады дома нависая над крутым спуском, и является нечтом вроде обзорной точки над городом.
- Отличный же у вас чай, Георг! И какой вид! Честное слово, я в последний раз наслаждался подобным 40 лет назад, будучи юным артиллеристом на осаде Денечской крепости!- расхохотался седой офицер, одни усы которого, пышные и закрученные, выдавали в нём артиллерийского офицера.
- Да, то было славное время. Эта комната обошлась мне, впрочем, в считанные монеты- сущий пустяк после повышения жалования. А как поживает ваш сын? Он так неожиданно расстался с чином адъютанта Его Величества…
Старый вояка гордо выпрямился, заложив руку за лацкан своего мундира.
- Сейчас он переведён в действующую армию, полковником артиллерии. Славная наследственность, не так ли? Ах, боже мой, когда я радуюсь его счастью, как я жалею свою бедняжку…
Услышав это, Кляйндорф сразу же припомнил пренеприятную историю в семье друга, сочувственно опустив глаза.
- А ведь, достопочтимый сударь, этот мерзавец ныне- первая личность в Коферде!
- Я слышал. Эта… Эта скотина!.. Если он осмелится вернуться, я первым встречу его и обязательно..!
- Но, друг мой, не нужно пачкать собственные руки. К тому же, я видел его. Моя весенняя поездка в Лангерру дала мне и такую возможность. Кстати, о Лангерре- вы там не бывали?
Старик выразительно пожал плечами.
- Мы были на параде, которым правил лично Император. Город весьма незаурядный, хотя и архитектурой не блещет. Вы же наслышаны о тех хвалённых синих домах? Впрочем, постройки действительно синие, но отнюдь не привлекают художественностью.
- А Император? Какое вы составили о нём мнение?- без видимого интереса спросил генерал, удобнее усаживаясь в кресло.
- Честно сказать, не самое лучшее. Внешне отнюдь не хорош, да я бы и не сказал, что похож на своего отца- ни одна черта его лица не может связать его с предшественником по трону. Говорит отрывисто, чуть резко, но неплохо командует войсками. Последние вовсе не произвели на меня впечатления, поверьте мне, как искушённому ценителю хорошего парада- как-то всё непродуманно там, бездуховно… слишком свободно. И эти мундиры! Это даже не сюртуки, а скорее пижамы! И музыка… Впрочем, предлагаю оставить эту тему. Я был лишь сторонним наблюдателем при сопровождении посла, который просто донимал меня своими расспросами о расположении двора к его персоне!
Оба душевно рассмеялись.
- Но тот человек, в адрес которого вы с упоением пустили бы пулю, надо отметить, так же часто появляется на публике.- словно между делом заметил адъютант Императора.- И гарцует, аки павлин, в роскошной красной ливрее. Сперва я принял его за дворцового лакея, но, боюсь даже у лакеев не бывает такой важности.
- Об этой сволочи пишут и аспийские газеты! Мой отец был готов эту кофердскую сволочь на части рвать!
- Но, друг мой, зачем же всю? Уверяю вас, кофердцы- безобиднейшие люди, а Гирхольм, как вы знаете, нашего сада плод.
Вскоре комната наполнилась табачным дымом. За окнами стемнело, и ожидающий своего хозяина солдат-слуга, сидящий на козлах тарантаса, зажёг фонарь, тут же провалившись в дремоту.

Начало концерта в большом зале Императорской Филармонии, как и всегда, сопровождалось исполнением гимна и встречей монарха, который появлялся на высокой ложе над главным входом, привлекая восторженные взгляды зрителей.
Вильгельм, одетый в белый мундир-фрак с лентой Почётного Ордена Соррийского дома, предстал глазам публики в сопровождении супруги, которая всегда восхищала столичную богему видом своих замечательных, скромных, но от того не менее роскошных украшений из литского нефрита и мирландского жемчуга. Когда Августейшие супруги расположились в своих креслах, места заняли и их отпрыски-сыновья.
Аккуратные тонкие усики кронпринца ярко свидетельствовали о начавшемся пути его как офицера артиллерии, а белоснежный сюртук с первой медалью «За отличие на манёврах»- о высоких перспективах в этой карьере.
Иоганн же, казалось, совсем кроха, был совершенно не примечателен- румяные щёчки и каштановая чёлочка, элегантно уложенная, придавали ему вид кукольного, игрушечного джентльмена-денди из столичных клубов, и маленький мундир казался совершенно лишним в данном образе.

- Ты стал таким мрачным после…- произнесла шёпотом Императрица в разгар концерта, чуть прильнув к уху супруга,- … после его смерти.
- Возможно, так и есть.- мрачно ответил он.
- А Иоганн очень переживал из-за смерти Малыша. Он так трогательно к нему относился…
Взглянув на младшего сына, Император вновь вернулся во внимание супруги.
- Да, он любил этого котёнка. Мне тоже жаль его.
- Он умер из-за несварения, так мне доктор сказал- кухарка поила его жирным молоком. А теперь я переживаю за Ганса. Если бы мы не уехали из Мэрибурга, он бы так и не отошёл от могилки.
Монарх уже хотел ответить, когда шторка перед дверями распахнулась, и в ложе оказался офицер свиты. Оглядевшись, раздумывая, не привлёк ли излишнего внимания, он почти кошачьей походкой переместился к креслу Государя.
- Что-то случилось, Киль?- не оборачиваясь, спросил Император.
- Ваше Величество, прошу Вас… Её Высочество эрцгерцогиня… на неё было совершено покушение!
- Чт… Как?- монарх, привлекая внимание окружающих, вскочил с места, крепко обхватив собеседника за плечи,- Что это значит? Боже мой…
- Сир, прошу Вас, нужно срочно ехать.
- Дорогой, что происходит?- взволнованно воскликнула Императрица.
- Эльза, прошу тебя остаться здесь! На Анну напали и я… Останься здесь, ты слышишь?- строго произнёс он уже в дверях, следуя за вестником.
Дирижёр, смекнув, что что-то отвлекло Августейших гостей, остановил игру, но жест Императрицы заставил его продолжать концерт. Тревожную атмосферу почуяла и публика, но из уважения к семье монарха все обсуждения исчезновения Императора из ложи были оставлены до окончания.

Внезапно появившийся Император, стремительно сбегающий по ступеням здания филармонии, заставил прохожих судорожно скидывать шляпы и кланяться. Отто Киль учтиво отворил дверцу кареты, и со всей удалью драгунского офицера запрыгнул на козлы, попутно утешая взволнованного кучера.
Когда карета на скорости вылетела к Большой Арсенальной площади, взору её пассажиров предстала ужасающая картина- ночная тьма была буквально разорвана на части пылающим столбом огня, колоссальной колонной поднимающимся над некогда роскошным Белым Особняком. Личная резиденция эрцгерцогини Анны стала жертвой разрушительнейшего пожара, который бесчинствовал с яростью армии варваров.
Пожарные бригады местных частей во всю таскали к месту трагедии воду, пытаясь спасти стоящие вокруг здания, на которых уже так же плясали танец смерти жуткие огненные «демоны»; другие качали воду с помощью шланга из площадного резервуара, который был установлен под ней на подобный случай. С ужасом глядели на адский огонь и крушащийся дом зеваки и жильцы местных строений, испуганные участью хозяев особняка.
Не дожидаясь, когда карета развернётся и остановится, Вильгельм ловко выпрыгнул на ходу, едва не свалившись на брусчатку. Завидевшие его полицейские и пожарные офицеры, отсалютовав, метнулись к нему, окружая.
- Ваше Величество,- размахивая руками, кричал офицер безопасности в подпалённом кителе,- Сир, прошу Вас, остановитесь, Её Высочество уже вне дома!
- Тогда кто, кто там? Чей это крик?- монарх вцепился в пластрон офицерского кителя, жестко обрушивая на него свой гнев, перемешанный с испугом.
- Сир, прошу Вас… там остаются только прислуга, кухарка и… и дворецкий. И дочь кухарки… муж её уже здесь, но он… Он, сир, он рвётся туда, но мы останавливаем его.
- Каску, дайте мне каску!- закричал Император, выхватив у одного из пожарных палаш.
Другой пожарник, помешкав, снял свою каску, предлагая её монарху. По его команде остальные члены дружины собрались вокруг. Тут же оказался и коренастый мужик в обгорелой и разорванной рубахе, муж кухарки.
- Вы! Если вы хотите пройти туда, я даю вам эту возможность. Дайте ему шинель и каску, и крюк тоже!- командуя, словно полководец, взмахнул палашом монарх.- Я хочу знать, где находится кухня, где она?
- Здесь, почти за крылом, Государь,- указал мужик на пылающее крыло здания.
- Тогда мы должны оказаться там. Вы поведёте нас!
Не раздумывая, погорелец застегнул шинель и, кивнув, повёл отряд к дому.

Лестница на второй этаж уже обрушилась- горящие останки торчали, словно почерневшие кривые зубы, внизу, забором закрывая доступ на оставшиеся ступени.
Пламя отражалось в латунных касках пожарников, искры палили мундиры.
- Ваш Величство, Ваш Величтсво, вот сюда!- прогремел басом мужчина, вырывая с помощью крюка запертую дверь в выгоревшем коридоре.
- Навалились! А ну, ребята, выноси её!- скомандовал офицер, вместе с дружиной орудуя пожарным ручным тараном.
Выбив дверь, спасители ворвались внутрь- кругом зверствовал огонь, своими смертельными языками разрушая творение рук человеческих.
- Сир!- один из дружинников указывал своим крюком на раздавленный тяжёлой горящей балкой труп мужчины, почти уничтоженный огнём,- Это дворецкий, кажется. Вон на нём что-то от фрака осталось!
- Да, это он, упокой Господи… Скорее всего она ушла выше, тут ещё одна лестница, за дверью.
Глаза Императора, ставшего в этот момент одним из дружинников, хищно оглядывали из-под тёмных бровей пылающие стены и остатки мебели. Его шаг вперёд был безмолвным ответом опасности.
С боем, прорываясь через обломки и перелезая через пробелы в ступеньках, дружина взошла на гостевой этаж особняка- в последний момент один из пожарных, замыкая колонну, оступился и, проломив истлевшее дерево, провалился с криком под лестницу, в огненную пасть. Послышавшийся гулкий треск и грохот ознаменовали обрушение одного крыла дома, вместе с башенкой-обсерваторией. С не меньшей достоверностью о скорой гибели и второго крыла говорили лопающиеся обнажённые балки гостевой залы, где всё уже превратилось в кучи пепла и догорающих обломков- и редкие картины, и дорогая мебель. Наконец, за дверью в конце послышались голоса- она была без труда открыта, и взорам спасителей предстали молодая женщина с маленькой дочерью, прижавшиеся в углу, и окружённые языками пламени. Кабинет был ещё цел, хотя обои и ковры уже погибли.
- Ната! Ната скорее, сейчас дом рухнет!- воскликнул супруг испуганной женщины, хватая за руку её и усадив на спину дочь, укрыв шинелью.
В это время Император выбил сапогом обгоревшие ставни окна, и глядел вниз.
- Расстояние слишком большое, шею свернуть точно можно.- с горькой иронией заявил усатый дружинник,- Может, хоть что-то тут за канат сойдёт…
- Некогда, Фриц, некогда! Чёрт, да ведь тут точно и расшибиться недолго… А ну, Фриц, снимай, вона, шторы! Какие есть, лишь бы не разорвались!
Рядовой послушно сорвал дорогие шторы, которые уже начали тлеть, и, разорвав их при помощь сослуживца, приступил к связыванию. Наконец спасительный канат был готов и успешно привязан к тяжёлому столу. Первыми вниз были спущены несчастная мать с ребёнком, за ними- трое пожарных, сам Император и офицер. Не успев отойти и на несколько метров, последние стали свидетелями ужасного обрушения второго крыла- балки с громким хрустом сломались и массивная крыша раздавила второй этаж, а за ним- и оставшиеся стены первого.
Народ на площади, узрев приближающихся выживших и их благодетелей, ликовал.
- Ваше Величество! Вы целы?- Киль, как и другие офицеры и пожарные, крутился вокруг монарха.
Его мундир был испачкан сажей, каска закоптилась и лицо было чёрным, покрыто пеплом. Но именно сейчас Вильгельм IV казался поистине достойным восхищения.

И… кажется, его взгляд уловил что-то тёмное, как бы в стороне, среди толпы…
Словно пятно, но приобретающее нестабильную, плывучую форму- высокая фигура в шляпе, мелькала перед глазами, словно стоящий рядом с ликующими людьми… призрак. При явлении этого видения, Вильгельм остановился и, протянув к нему руку, рухнул наземь.
Последний раз редактировалось KaiseR Вт мар 29, 2011 10:17 pm, всего редактировалось 1 раз.

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6077
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#12 Сообщение Зеленый Зактан » Пн фев 21, 2011 2:14 pm

Вы выставляете неравномерно, а я не замечаю и в итоге неравномерно читаю... :(
Это не упрёк, но факт...
Пока прочёл только 3 главы, всё очень интересно, иллюстрации лучше и лучше - дочитаю позже.
Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#13 Сообщение KaiseR » Вт фев 22, 2011 3:10 pm

Зелёный Зактан, объясните мне, что зачит "неравномерно" в вашем понимании! И как бы вы хотели, что бы я выставлял! Медленнее? Раз в месяц? :)


Глава VI. "Охота на дьявола".

Изображение



- Это было невероятно мужественно! Видит Бог, коронованный государь спасает из огня каких-то простолюдинов!- воскликнул, вскинув руки, молодой и очень эффектный внешне господин.
В клубе было как всегда людно- аристократическая молодёжь предпочитала обсуждать новости за столиком при раскладывании пасьянса, чтении стихов и поэм или игре на скрипке. Многие из этих молодых господ принадлежали к аспийскому юнкерству- то есть помещичьей среде, молодой прослойке которой удалось вырваться в город из рук провинциальных, властных отцов и матерей.
- Да-да, я, признаться, тоже был удивлён сей новостью. А подробностями не располагаете-с?- требовательно спросил его собеседник, с модными «тараканьими» усиками, покуривая трубку с длинным мундштуком.
- Что вы имеете ввиду?
- Пожар, сударь, неужели вы не понимаете? Это ли не покушение на жизнь Её Высочества?
Юноша с ироничным выражением лица отмахнулся.
- Глупости. Наверняка дворецкий просто сам устроил пожар, и не осмелился сказать своей хозяйке. Это не первое дело тут, поживёте ещё полгода и всё уразумеете.
- Прошу прощения, господа, что вмешиваюсь в вашу беседу,- к столику подошёл украдкой другой человек, до того стоявший у буфета- высокий, по виду- корнет уланского полка,- Но ежели вас интересуют подробности- предложу свою услугу.
- Наслышаны о деле?- оглядев гостя, заметил усатый молодец.
- Да. Мой добрый знакомец, лейтенант полиции, лично присутствовал во время пожара на площади, и был так же свидетелем расследования.
- И что же?- нетерпеливо выпалил первый юнкер, уверенный в простой оплошности дворецкого.
- Покушение.
«Тараканьи усики» с победным восклицанием удалился на секунду, притащив ещё один стул для корнета.
- Будьте добры, если у вас есть ещё интересные подробности, поспешите их нам представить- мы с господином Остбергом как раз раздумываем о причинах того пожара. Меня зовут Шлоссер, Альберт, к вашим услугам.
- Очень рад знакомству, господа. И так, вас интересуют причины? Надо сказать, что я не осведомлён в точности обо всём, но и знаю, пожалуй, больше, чем кто либо из окружающих вас людей. Я полагаю, не стоит мне рассказывать об великой аккуратности того самого дворецкого, которого вы, господин Остберг, несправедливо сделали виновником трагедии. Он тут абсолютно не при чём- всё время до и во время пожара он находился рядом с кухаркой Её Высочества. Его… придавило насмерть каким-то бревном с потолка. Но самое важное- что кухарка упоминает какого-то «другого» служащего, который нанялся в дом примерно за неделю. И работал кочегаром.
Остберг и Шлоссер переглянулись.
- То есть, вы хотите сказать, что он – террорист?
- Да, господин Остберг, и это подтверждают последние новости- на месте кочегарной, входе расследования, сыщиками из управления были обнаружены следы сухой взрывной смеси, которую убийца прятал… под плитой пола. Эти запасы были им потрачены до конца, но следы остались в тайнике. И что бы вы подумали? Этот мерзавец… таскал смесь в мешке из под крупы! На дне его был отдельный карман, куда он засыпал этот взрывной песок, но само главное- он в то же время числился рабочим на заводе Эссена!
- Боже мой, промышленник! У него заводы, полные пушек!- взволнованно прохрипел в изумлении Шлоссер, покручивая ус.
- Вот именно! Оттуда он таскал порох, магний и что-то ещё, ибо точный состав той смеси пока не разобран. Но кажется он тащил с завода всё, что могло показаться ему взрывоопасным. В итоге, узнав, что эрцгерцогиня собирается покинуть особняк на время весенней поездки в Гардию, он просто в ночь перед отъездом подвесил мешочек со смесью в печи так, что бы через некоторое время он оказался в огне и взорвался. По рассказу кухарки, он покинул дом, одев пальто, и сказав, что отправляется к своей пассии. Подумать только, но он и адрес назвал! Хотя пока он не проверен.
- Адрес? Постойте, как назвал?- спросил, уже попыхивая сигарой, Шлоссер.
- Очень просто. Когда кухарка шла из кухни, что бы подать хозяйке чай, она пересеклась с ним- он уже выходил на улицу. И когда он сказал ей, что ночью дома не объявится и уходит к своей пассии, кухарка между делом спросила его, как далеко находится её дом.
- И?
- И тот ответил, что, собственно, эта самая пассия проживает по определённому адресу.
- Чёрт, вот же! Если там этот мерзавец будет взят полицией, это будет самым потрясающим своей глупостью покушением за всю историю Империи!
- Скорее всего, он просто не подумал, что кухарка окажется спасена из пожара. Впрочем, он был и прав- я слышал, что если бы не решительность Государя, пожарные так и не спасли бы этих несчастных.
- Да, господа, всё это напоминает сущее безумие…- протянул Остберг, уложив голову на руках.


Эрцгерцогиня, услышав позади едва уловимый скрип двери, обернулась. И личико её просияло улыбкой.
- Вилли…- произнесла она, глядя на милое взору, родное лицо брата.
Вильгельм, улыбаясь в ответ, осторожно прошёл в комнату, которая была выделена во дворце для эрцгерцогини после гибели её Белого Особняка.
- Я-то подумал, что тебе скучно, но теперь вижу, что ты в своей стихии, не так ли? Ты всегда так любила читать книги!- подойдя, он, словно по-отцовски, поцеловал сестру в лоб, после чего уложил её головку на плечо. В этом году Анне исполнилось уже 36 лет, она была супругой и матерью, но её совсем детские глаза, хрупкая фигурка, милые белые ручки всегда умиляли и восхищали окружающих её родственников. Ребёнком она была и для Вильгельма- высокого и величавого Императора Аспии, которого она всегда любила и уважала.
- Ты испугалась, моя дорогая, тогда, во время пожара?
- Нет. Ты же знаешь, что страх не пленяет меня. Я была спасена первой, и думала, что их уже спасли до меня. Но ты- ты настоящий герой, я не знаю пока такой беспримерной смелости, какую проявил ты.
- Ну что ты, будет ещё…- отыскав в сторонке стул, Император присел рядом с сестрой,- Но только то, что я видел в ту ночь, не даёт мне покоя до сих пор.
- Но что ты видел, Вильгельм?
Чуть помешкав, глядя точно в глаза сестры, Император вымолвил будто севшим голосом:
- Тень отца.
- Что?- на секунду ему показалось, что Анна испугалась, положив руку на грудь, будто в приступе.
- Я… я не знаю, как это объяснить, но в момент, когда я вышел из горящего дома, когда шёл по площади- я словно ничего не видел и не слышал вокруг себя. И вдруг, среди толпы я заметил нечто тёмное, какое-то пятно, которые через мгновение обратилось… Ах, нет, я просто не в силах объяснить это, но я точно знаю, что я видел.
Анна, сперва обомлев, пришла в себя и, присев на колени перед братом, взялась за его руки в белых перчатках.
- Вилли… Отец погиб во время пожара, не так ли? Его смерть стала таким страшным ударом для всех нас но… неужели ты не понимаешь, что позавчера избежал нечта подобного? Ведь ты… ты уничтожил свой страх. Возможно, это был знак свыше? Да поможет тебе Господь!
Обратив взор на сестру, Вильгельм вдруг понял, что если он в какой-то мере заменил ей отца- Анна всегда была ему, словно мать, дарила то добро и теплоту, какой он не удостоился от родной матери, холодной, и строгой женщины с характером настоящей валькирии, который, хотя и не проявлялся при дворе, во всю овладевал ею дома, и лишь отец семейства был той твердыней, которая укрывала в своих стенах каждого, примиряя.

На Кёнигштадт медленно опускалась мгла, и к вечеру над городом уже появились характерные для весны тёмные облака, подобные тучам.
Кое-где из-за образовавшейся тьмы в окнах загорался свет- и в пансионах, и в рабочих бараках, и даже в маленькой сторожке на площади. На Дворцовой Улице, которая издавна славилась обилием магазинов и лавок, а в XIX веке превратившейся в самую людную, красивую и богатую улицу Империи, сновали повозки и прохожие в пальто и шляпах- треуголки, цилиндры, широкополые шляпы торговцев представляли собой кипучее море, под которым, словно рыбы в воде, находились сами владельцы головных уборов- клерки, покупатели, дворники, возницы, офицеры в двууголках. Чуть левее находился созданный всего пять лет назад большой сквер- он был разбит за границей площади, прямо напротив правого крыла дворца, с красивыми аллеями, аккуратными деревцами- сейчас он был уже почти пуст, и редкие пары дам и их кавалеров мелькали среди кустиков, или же располагаясь на скамьях, у горящих фонарей на высоких столбах.
Выйдя на балкончик Табачного кабинета, Вильгельм IV, наконец, вдохнул свежего, словно после живительного дождя, воздуха- воспоминание о том призраке прошлого не давало покоя его разуму, угрожая извести и рассудок.
Завидевшие его редкие прохожие на площади спешили снять шляпу и продемонстрировать своё почтение монарху, на что тот отвечал учтивым кивком.
Чуть начал моросить дождь- капли разбивались на белом мундире, стекая с эполет, как со скал водопада. Однако, шляпа так и осталась в руках Императора- подняв взгляд к небесам, навстречу падающим каплям небесной воды, Вильгельм закрыл глаза, погрузившись в сознание.


- Поглядите, Остберг!- воскликнул Шлоссер, указывая своей тростью на дворец, стоящий посреди площади,- Да это, никак, Император!
Юноша, внимая словам друга, пригляделся. Действительно, на одном из балконов виднелся человек в белом мундире, стоящий неподвижно, словно статуя.
- Господи… Да, но ведь это может быть и офицер свиты! Не один Государь носит белый мундир, он же не Франц I в 1710-е!
Шлоссер рассмеялся.
- Да, мой друг, вас не переубедить. Но ладно. Я вижу, что мы не зря захватили плащи, ибо этот дождь, похоже, затянется! Вы мне так и не рассказали, что же случилось в итоге?
- В итоге? Ах, вы всё про этот пожар! Скажите, Шлоссер, неужели вы вступили в какую-то тайную ложу поклонников столичных пожаров? Если это вам так интересно, в полиции уже узнали, где живёт тот кочегар- за ним несколько дней следили, пытаясь уточнить его место пребывания- он оказался именно там, где указала кухарка- на Герцогсштрассе. Там же живёт его подружка, с которой он, как было уже сказано, имел давнишнюю любовную связь.
- И что? Они наконец совершили облаву?
- Нет, пока медлят. Видимо, дожидаются ордера на арест и обыск.
Шлоссер раздражённо вздохнул.
- Странные люди- полицейские! Их, кажется, хлебом не корми, дай только дверь вынести какому-нибудь студенту с подозрительными книжонцами, да обыскать с пола до потолка какую-нибудь каморку с подозрением на тайную типографию- а как задержать несомненного преступника, так тут начинается эта бездарная волокита- ордеры, значки, обязательно все наденут парадные каски с гербами… Тьфу! Позор! Но давайте-ка лучше посидим в сквере, у меня тоже есть, что вам рассказать.


Когда башенные часы в северном районе города пробили три часа утра, в дверь небольшой, скромно обставленной квартиры на Герцогсштрассе громко постучали.
Молодая девушка в длинной ночной рубашке тихо, словно кошка, пробежала в прихожую, приоткрыв дверь, закрытую цепочкой.
- Фройляйн Гофмарк?- пробасил высокий полицейский в голубом мундире и каске.
- Да-а, а..? Прошу прощения, я могу узнать, по какому вопросу вы наведываетесь сюда в 3 утра?- нагловато вопросила девушка, протирая сонные глаза.
- Да, я могу объяснить. По нашим сведениям, здесь находится ныне господин Альтбауэр, который является подозреваемым в деле о покушении на Её Высочество эрцгерцогиню Аспийской Империи Анну. Вы позволите нам войти?
После слова «нам» за спиной офицера показались ещё двое полицейских. Испуганная девушка дрожащими руками сняла с двери цепочку, пропуская нежданных визитёров. Офицер учтиво взял под козырёк, то же проделали его спутники, скрывшись в глубине квартиры. С минуту она стояла так, в темноте, не отрывая взгляда от того места, где скрылись полицейские с фонарём. Вдруг за дверью послушались звуки борьбы и почти звериный рык- глухой удар прервал его, и пол заскрипел под ногами приближающихся людей.
Девушка вскрикнула, глядя, как молодого, коренастого парня, словно мешок с картофелем, тащат трое полицейских. С его головы стекала кровь, но офицер не позволил рыдающей девице подойти к арестанту. Вскоре конвой скрылся за дверью- она, подбежав к окну, смотрела за тем как её жениха запихивают в фургон, закрывая решётчатую дверцу, - повозка укатила со двора на улицу и вовсе скрылась из виду, вновь воцарилась тишина, которая прерывалась только скулящими рыданиями одинокой фигурки у окна.

Зеленый Зактан
Легенда
Аватара пользователя
Сообщения: 6077
Награды: 2

Лучшая партия Мафии Ветеран ВР

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#14 Сообщение Зеленый Зактан » Вт фев 22, 2011 5:43 pm

Я ничуть не хотел вас обидеть! Но у нас проблемы прямо противположные - я долго не выставляю, а вы, остановившись, так, что я будто и забыл об этой книге, вновь массированно атакуете бедного кофердского летописца зарядами интересных глав))... Я понимаю, что вы перепечатали и выставляете... Но только я всё дочитал - появляется ещё... Мне вот удобней раз в полмесяца читать в интернете книги по ВР, в остальное время мне ближе бумажные труды...
Вообще, хотел бы я печатный сборник Аспии. Чтоб вдумчиво прочитать, разобраться в характерах, прочувствовать... Эх, мечты...
Но достоинств книги это никак не умаляет. Я считают ваши книжки по-настоящему литературными, качественными, и смущает меня здесь только название.
Вы уверены, что прилагательное от "Вильгельм" - это "Вильгельминистская"? Не "Вильгельмова, вильгельмская...." Не так красиво, но как-то более по-русски, кхм, звучит! А лучше и вовсе "Эпоха Вильгельма". Или подобрать аллегорическое название вроде: "Две Аспии" (ведь контраст - основная идея, по сути) - здесь можно долго думать... Или название ещё черновое, чтоб только обозначить, о чём речь?
Я ничем не связан с Greenpeace? Greenpeace ничем не связан со мной! (с)

KaiseR
Модератор
Аватара пользователя
Сообщения: 10014
Награды: 2

Ветеран ВР Ветеран SLC

Re: Аспийская Империя. Вильгельминистская эпоха.

#15 Сообщение KaiseR » Вт фев 22, 2011 6:58 pm

Зеленый Зактан писал(а):Я ничуть не хотел вас обидеть! Но у нас проблемы прямо противположные - я долго не выставляю, а вы, остановившись, так, что я будто и забыл об этой книге, вновь массированно атакуете бедного кофердского летописца зарядами интересных глав))... Я понимаю, что вы перепечатали и выставляете... Но только я всё дочитал - появляется ещё... Мне вот удобней раз в полмесяца читать в интернете книги по ВР, в остальное время мне ближе бумажные труды...
Забавное... несовпадение. :lol: Ну что ж, постараюсь выставлять чуть... медленнее. Просто печатаю я быстро- обычно могу десяток страниц за минут 40 перепечатать, в итоге собирается у меня пласт материала, который, к тому же, ещё проверяется и редактируется! А уж хранить данное добро просто не могу- не забывайте, что я, к тому же, иллюстрирую главы! А в Пэинте рисовать для меня отнюдь не просто! Так что я, успевая, к тому же, читать, делать уроки, пить до 13 чашек чая в день, и посещая театр по выходным не могу понять, что есть для вас "слишком частое выставление материала", простите грешного! :( :)
Зеленый Зактан писал(а):Вообще, хотел бы я печатный сборник Аспии. Чтоб вдумчиво прочитать, разобраться в характерах, прочувствовать... Эх, мечты...
Эмм... Давайте, годика через четыре, а? :) Подкоплю личных финансов, рассчитаю, да и публикацией займусь.=)
Зеленый Зактан писал(а):Но достоинств книги это никак не умаляет. Я считают ваши книжки по-настоящему литературными, качественными, и смущает меня здесь только название.
Вы уверены, что прилагательное от "Вильгельм" - это "Вильгельминистская"? Не "Вильгельмова, вильгельмская...." Не так красиво, но как-то более по-русски, кхм, звучит! А лучше и вовсе "Эпоха Вильгельма".
Знаете, вообще с "Вильгельминистской" жестоко конкурировала "Вильгельминская", но выбрал первый вариант. Причём сколько раз не проверял в разных источниках- везде встречаются эти два термина! Но если вы очень просите, поменяю на более коротенькую, и, наверное, благозвучную "Вильгельминскую", хорошо?=)
Зеленый Зактан писал(а):Или подобрать аллегорическое название вроде: "Две Аспии" (ведь контраст - основная идея, по сути) - здесь можно долго думать... Или название ещё черновое, чтоб только обозначить, о чём речь?
Вы- экстрасенс.) В оригинале книга называется "Двуликая Империя", а одна из глав- "Государственный маскарад"- всё аллегория на внутренние национальные конфликты и бездействие власти, но здесь публикуется под другим названием. Но ведь название тут никогда не поздно поменять? Благо книга на форуме публикуется в сокращении, и до конца ещё не выложена.

Ответить

Вернуться в «Истории ВР»